ISSN 2079-6617 (Print)
ISSN 2309-9828 (Online)
Влияние дефицита времени на решение творческих задач

Влияние дефицита времени на решение творческих задач

Страницы: 116-123

Ключевые слова: время; дефицит времени; временная перспектива; групповое решение творческих задач

Для цитирования статьи:

Туманян Д.Г., Базаров Т.Ю. Влияние дефицита времени на решение творческих задач. // Национальный психологический журнал 2012. № 2. c.116-123.

Скопировано в буфер обмена

Скопировать
Номер 2, 2012

Туманян Дора Гагиковна Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова (МГУ)

Базаров Тахир Юсупович Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ)

Аннотация

Влияние дефицита времени на решение творческих задач В статье рассматриваются различные подходы к проблеме влияния дефицита времени на эффективность творческого решения задач в группе. Описываются типологии временной перспективы личности. Приводятся результаты исследования, демонстрирующие влияние большего и меньшего дефицита времени на решение творческих задач в группе, а также последовательного и одновременного предъявления задач на эффективность группового решения при дефиците времени.

Творческий подход при принятии групповых решении является необходимым условием успешной управленческой деятельности. Суще­ствуют разные методы и методики, по­зволяющие стимулировать творческую деятельность. Однако традиционные методы (такие, например, как групповая дискуссия) требуют совершенствования. Необходимо создание дополнительных условий, которые помогут повысить их эффективность,

Считается, что дефицит времени ока­зывает отрицательное влияние на эф­фективность групповой деятельности и приводит к снижению ее качества. Од­нако существуют зарубежные исследования, подтверждающие обратное. В них подчеркивается важность изучения про­блемы дефицита времени и демонстри­руются примеры, доказывающие, что в ситуации цейтнота были найдены решения, оказавшиеся наиболее эффек­тивными и продуктивными.

В психологии выделяются три подхо­да, в рамках которых изучается феномен времени личности: исторический, биог­рафический и ситуативный (Головаха, 1984).

Психологическое время в истори­ческом масштабе находится на пе­ресечении областей социального и субъективного времени. Обществен­но-историческими признаками существования человека интересовался Б.Г Ананьев. Он рассматривал человека как представителя определенной историче­ской эпохи, живущего в определенном обществе, где формируется и развива­ется его личность. Единицей периоди­зации жизненного пути Ананьев считал возраст.

Исследования в рамках ситуативного подхода к субъективному переживанию времени касались, прежде всего, изуче­ния восприятия и оценки длительности коротких интервалов. Их изучение про­водилось в русле исследования психо­логического настоящего. Эксперимен­ты в основном касались исследования диапазона настоящего, который рассма­тривался как максимальный интервал времени, при котором еще невозмож­на адекватная оценка последовательности двух простых сигналов. По данным разных исследований этот интервал ра­вен 2-12 секундам (Doob, 1971). Так же было установлено, что на точность вос­приятия оказывают влияние количество и упорядоченность стимулов, а одним из факторов, влияющих на сильную переоценку длительности интервалов, являет­ся высокий уровень тревожности.

В результате изучения переживаний длительности коротких интервалов ис­следователями выделены следующие за­кономерности:

  1. Незаполненное событиями время ка­жется быстро промелькнувшим;

  2. Законченные события, оцениваются как менее продолжительные;

  3. Время, наполненное приятными впе­чатлениями, кажется менее продолжительным, чем наполненное отрица­тельными впечатлениями;

  4. Хорошо структурированные проме­жутки времени кажутся более короткими (Omstein, 1997).

В рамках биографического подхо­да рассматривают понятие жизненного пути и временной перспективы. В основе биографического подхода, берущего начало от исследований Ж. Пиаже, ле­жит идея о том, что в ходе развития ин­дивида его временная перспектива ста­новится шире. Чем взрослее человек, тем больше на его поведение влияют со­бытия отдельного прошлого и будущего. С возрастом также дифференциру­ются уровни реальности. По Ж. Пиаже у ребенка реальность слита с фанта­зией, и только в процессе дальнейшего развития он начинает различать мечты и действительность (Пиаже, 1994). Про­исходит структурирование временной перспективы, в котором согласуются идеальные цели и реалистичное их пла­нирование. Восприятие времени - субъективно, его личностная организация зависит от качеств человека, что, в свою очередь, предопределяет то, насколько успешно он построит свою временную перспективу.

Новое понимание субъективно­го времени было сформулировано Л. Франком. Он разрабатывал категорию «временная перспектива», дальнейшим развитием которой впоследствии занимался К. Левин. Временная перспектива, считал Франк, охватывает прошлое, на­стоящее и будущее личности и являет­ся единицей психологического времени (Frank, 1939, P. 293-312). Левин взаимос­вязь прошлого, настоящего и будущего объяснял тем, что, переживая настоящее время, человек обязательно связывает его с ожиданиями, желаниями, представ­лением о будущем и воспоминаниями о прошлом.

Разработкой временной перспективы занимался также Ж. Нюттен. Он пони­мал под ней некое временное измерение человеческого поведения, считая, что важным аспектом существования человека является постановка и осуществле­ние целей, имеющих свое назначение в будущем. Объекты, локализованные во времени, регулируют поведение и за­дают временную перспективу. Нюттен предлагал изучать два аспекта времен­ной перспективы: ее «объектное» понимание и темпоральное измерение (про­тяженность, структуру, насыщенность). Перспективе будущего Нюттен уделял особое внимание, отмечая, что в созна­нии человека в определенной ситуации присутствуют такие ее составляющие как целевой объект и структура «средство-цель». (Нюттен, 2004) Поэтому, вли­яние будущего на поведение челове­ка осуществляется посредством целей и причинно-следственных структур. Что касается второго аспекта, то перспектива будущего способствует тому, что разрабатываются более реалистичные и разнообразные отдаленные цели.

Важнейшими характеристиками временной перспективы будущего по Г. Сейдж являются реалистичность и активность в планировании и реализации жизненных проектов. Исследователем было выделено пять параметров измере­ния временной перспективы:

  1. Протяженность определяет представ­ление человека о своем будущем;

  2. Связанность или степень организо­ванности событий, которая следует из присутствия либо отсутствия связей между объектами во времени;

  3. Плотность как количество ожидаемых в будущем событий, а также «насыщенность будущего» целями, надежда­ми и т.д.;

  4. Направленность, которая подразуме­вает преобладание мыслей, связанных с настоящими, будущими или прош­лыми событиями;

  5. Аффективный компонент демон­стрирует уровень удовлетворенности грядущими событиями, то есть пессимистичное или оптимистичное ожидание.

Сходным по смыслу с понятием вре­менной перспективы является временная трансспектива, введенная В.И. Ковалевым. Под ней он понимал специфический психологический механизм, используя который, человек регулирует время. С его помощью воз­можно сквозное видение из настоящего в прошлое и будущее, а также соотне­сение всех этих времен человеком. Это осознанная и бессознательная взаимос­вязь таких компонентов как настоящее, прошлое и будущее, способность свя­зать все эти три компонента (Ковалев, 1988). Суть временной трансспективы раскрывают такие важные понятия, как «чувственно-мысленный образ» и «субъективно-ценностное обобщение и отношение», которые возникают у личности в процессе ее жизнедеятельности (Мос­квин, 1998).

Многие авторы в наше время стре­мятся определить оптимальные усло­вия, которые позволят эффективно и своевременно осуществлять деятель­ность, правильно используя время. За последние годы создано немало раз­личных типологий личностной орга­низации времени, которые основы­ваются на сочетании разнообразных критериев, например, способа организации деятельности, активности/пассив­ности субъекта. В связи с этим актуаль­ной становится проблема способности личности к «управлению временем», а также проблема возможности развития временной компетентности лично­сти. Эта способность определяется, как умение планировать, определять после­довательность операций, сосредотачи­вать максимум усилий в данный момент и устанавливать объективную ритмику деятельности во времени. Предполагается, что человек, обладающий такими возможностями, способен в ситуации дефицита времени снижать уровень стресса и оперативно использовать вре­менные ресурсы.

Исследование влияния дефицита времени на решение творческих задач в группе

В 2010 году нами было проведено ис­следование среди студентов Московско­го государственного университета име­ни М.В. Ломоносова и студентов Высшей школы экономики.

Целью настоящего исследования яв­лялось обнаружение особенностей группового решения творческих задач в условиях дефицита времени, по срав­нению с решением задач, не предполагающим временных ограничений, а также поиск оптимального временного порога, создающего напряжение, которое стимулирует творчество.

Было выдвинуто предположение, о том, что решение задачи в ситуации дефицита времени может являться условием, способствующим реализации творческого потенциала, а также фактором, повышающим эффективность группового решения творческой задачи. Возникающее при этом напряжение внутри группы способно организовать участников и стимулировать их на творческое решение.

В ходе исследования применялись следующие методы:

  1. Тест творческой продуктивности (ав­торская методика).

    Представляет собой дивергентную задачу со множеством возможных решений. Применялась на первом этапе исследования, где каждый участник выполнял ее индивидуально. Данный тест был использован для того, что­бы в дальнейшем можно было срав­нить уровни креативности участ­ников исследования между собой и сформировать усредненные по творческим способностям группы. Для анализа была использована экспертная оценка. В качестве экспер­тов выступили сами участники исследования, которые оценивали по критериям гибкость, реалистичность и оригинальность другого участника группы. Для обработки полученных данных нами была разработана формула эффективности, включающая такие переменные как продуктив­ность (количество сгенерированных идей), гибкость (количество идей, относящихся к различным категориям), оригинальность (нестандар­тность решения) реалистичность (возможность практического приме­нения).

  2. Алгоритм решения изобретательских задач Г.С. Альтшуллера .

    Метод являлся вспомогательным, усиливающим творческую деятельность. Он предполагает следование определенному алгоритму решения, который призван структурировать и облегчить поиск творческих реше­ний (Альтшуллер, 1961). Применялся на протяжении всего основного эта­па исследования. Метод состоит из трех стадий. На аналитической стадии участниками выполнялись две процедуры: определение идеального конеч­ного результата и выявление ключевых противоречий, которые препятству­ют достижению результата. На второй, оперативной стадии, ими также выполнялись две процедуры: во-первых, они занимались поиском типичных решений, а во-вторых, вводили обновле­ния в уже созданные приемы решений. На третьей стадии происходило соот­несение полученных результатов с на­чальной целью. Итоговые решения вно­сились в специальный бланк ответов. Для обработки полученных данных по Алгоритму решения изобретательских задач Г.С. Альтшуллера и получения коэффициента групповой эффективности использовалась разработанная нами формула, о которой говорилось выше (см. описание первого метода). Была привлечена экспертная группа для оценки гибкости итоговых решений команд, оригинальности, а также для оценки реалистичности генерированных идей.

  3. Шкала эффективности совместного творчества Эквела (Ekvall, 1999). Шкала, которая содержит 8 пунктов утверждений, необходима для изме­рения уровня креативности в организации и составлена на основе прин­ципов построения шкал Лайкерта. Участники группового решения долж­ны были оценить их по 7-ми бальной шкале, отражающей степень соответ­ствия утверждения собственным пред­ставлением о групповой работе. Применялась после совместно-групповой деятельности.

  4. Формула коэффициента индивиду­альной/групповой эффективности (авторская методика).

    Использовалась при анализе данных индивидуального и группового эта­пов. Формула - [40+3П+2Г+1Р= коэф­фициент индивидуальной/групповой эффективности], где П - продуктив­ность (количество сгенерирован­ных идей), Г - гибкость (решения, относящиеся к разным категориям), О - оригинальность идей (непохо­жесть на большинство решений), Р - реалистичность (возможность практического применения). Значе­ния переменных определялись по ре­зультатам экспертной оценки.

Испытуемые: 50 студентов выс­ших учебных заведений - 13 мужчин и 37 женщин.

Процедура исследования

Первый этап - Пилотажное исследование

Целью данного этапа, помимо апро­бации методического инструментария, была попытка показать на конкретном примере наличие влияния временного ограничения на групповое решение, что по нашим представлениям должно про­являться в возникновении напряжения и собранности. Результаты, полученные на данном этапе, должны были помочь найти пороговое значение дефицита времени, выраженного в конкретном процентном значении. Исследование состояло из трех частей: подготовитель­ной, индивидуальной и групповой. Оно проводилось по следующей схеме: две группы испытуемых по 5 человек зна­комились с методом АРИЗ Г.С. Альтшуллера, а после того, как группа осваивала метод, участникам предлагалось инди­видуально решать творческие задачи. Это давало возможность определить ко­эффициент индивидуальной креативности, равномерно распределить испытуе­мых по группам.

Групповая часть, в свою очередь, включала в себя решение задач в двух разных ситуациях. В первой нужно было найти как можно больше ориги­нальных решений поставленной задачи. Последовательность проведения ис­следования определялась принципом «втягивания», предполагающим посте­пенное включение условия дефици­та времени в деятельность (Kelly, Karau, 1993; Kelly, Futoran, McGrath, 1990). Все­го при проведении первой (индивиду­альной) части предлагалось три задачи. При проведении второй (групповой) ча­сти испытуемым также последователь­но было предложено три задачи и дана инструкция - найти как можно больше оригинальных решений, однако, было введено дополнительное условие - ог­раничение времени выполнения задания на тот минимальный срок, который был ими использован на индивидуальном этапе. Данное условие было введе­но, с целью вызвать напряжение, способное повысить качество группового решения за счет концентрации, распре­деления сил и ролей между участниками (Жане, 2001). Далее было проведено индивидуальное заполнение Шкалы эффективности совместного творчества, для постэкспериментального определе­ния климата в группе.

Полученные результаты показали, что в основной части исследования це­лесообразно в ситуации дефицита вре­мени, помимо последовательного пред­ложения задач и поиска порогового значения, одновременно предлагать творческие задачи, которые должны помочь участникам выстроить временную перспективу, что, на наш взгляд, будет способствовать направлению возникшего напряжения в продуктивное русло.

Второй этап - основное исследование

Одной из целей исследования была попытка нахождения порогового значения дефицита времени, выраженного в конкретном процентном значении.

Основное исследование, также вклю­чало в себя индивидуальный и группо­вой этапы. На индивидуальном этапе, так же как в пилотажном исследовании, участники были равномерно разбиты на группы по результатам решения твор­ческой задачи, выявившей коэффициент индивидуальной эффективности. В каждой группе находились участни­ки, усредненные по данному признаку. Групповой этап содержал три различ­ных ситуации. В первой ситуации группам давалась инструкция найти как мож­но больше оригинальных решений за неограниченное время. Во второй ситу­ации было необходимо найти как мож­но больше оригинальных решений за ограниченное время, при этом мини­мальное время, выявленное у этой груп­пы, сокращалось на 30%, а задачи предъ­являлись последовательно, поэтому участники не имели представления о количестве задач. В третьей ситуации так­же было необходимо найти как можно больше оригинальных решений за ограниченное время, но при этом минималь­ное время сокращалось на 60%, а задачи предъявлялись одновременно, чтобы участники могли выстроить временную перспективу и тем самым повысить эф­фективность, благодаря правильной ор­ганизации своей деятельности.

Методы обработки полученных данных

Полученные данные обрабатывались с помощью качественных и количест­венных методов.

Результаты индивидуального реше­ния творческой задачи оценивались по выделенным критериям другими участ­никами исследования, после чего эк­спериментатором высчитывался коэф­фициент по формуле коэффициента индивидуальной/групповой эффективности (см. выше). Затем формировались группы из участников, набравших низ­кий, средний и высокий баллы.

Данные, полученные в результате пи­лотажного и основного исследования, обрабатывались как качественно, так и количественно. Коэффициент груп­повой эффективности высчитывался по уже знакомой формуле коэффициента групповой эффективности, после оценки задач по выделенным катего­риям привлеченными экспертами. По­лученные данные были обработаны в статистическом пакете SPSS 17.0., ис­пользовался непараметрический крите­рий Крускала-Уоллеса для К-независимых переменных, а затем полученные данные были подвергнуты качественно­му анализу.

Сырые данные по анкетам «Шкала эффективности совместного творчест­ва» были обработаны в статистическом пакете SPSS 17.0., использовались непа­раметрические методы: критерий Крускала-Уоллеса для К-независимых пере­менных и критерий Манна-Уитни для непараметрической выборки, коэффи­циент корреляции Спирмена. Полученные данные также были подвержены ка­чественному анализу.

Описание полученных данных

Факторный анализ результатов груп­пового решения творческих задач показал, что:

  1. По интегральной оценке результатов двух различных ситуаций в пилотаж­ном исследовании, по Коэффициен­ту групповой эффективности (КГЭ) и Шкале эффективности совместно­го творчества (ШЭСТ) получены раз­личия, подтверждающие утверждение о том, что ограничение времени мо­жет являться ключевым фактором, влияющим на результат. По КГЭ по­лучены значимые различия, между се­риями подтверждающие влияние временного ограничения на групповую эффективность: «оригинальность» (F=-2,009; P<0,041), «продуктивность» (F=-2,262; P <0,026), «реалистичность» (F=-2,185; P <0,026) и по общему по­казателю «коэффициента групповой эффективности» (F=-2,082; P <0,041).

  2. Получены данные, частично подтвер­ждающие предположение о том, что в условиях дефицита времени можно ожидать более качественного группо­вого решения творческих задач, чем в ситуации, не предполагающей вре­менных ограничений. По интегральной оценке КГЭ получены значимые различия между условиями, предпо­лагающими дефицит времени, и усло­виями, не предполагающим времен­ных ограничений: «оригинальность» (x2=19,068; P <0), «продуктивность» (x2=14,086; P <0,001), «реалистичность» (x2=12,828; P <0,002), а также по «коэффициенту групповой креа­тивности» (x2=13,858; P <0,001). Гипотеза подтвердилась частично, т.к. зна­чимые различия были получены не по всем шкалам.

  3. Одновременное предъявление нес­кольких творческих задач при груп­повом решении в условиях дефицита времени ведет к более качественно­му результату по сравнению с после­довательным предъявлением тех же самых задач. По интегральным оценкам КГЭ получены значимые разли­чия между шкалами: шкале «гибкость» (F=-2,078; P <0,038) и «реалистич­ность» (F=-3,551; P <0). По остальным шкалам значимых различий нет, однако остальные значения третьей серии исследования с условием одновременного предъявления задач имеют более высокие значения.

  4. Существует оптимальное пороговое значение дефицита времени, повыша­ющее групповую эффективность. По интегральным оценкам КГЭ при вто­ром условии, предполагающем 30% де­фицит времени, и при третьем условии, предполагающем 60% дефицит времени, почти по всем шкалам качество ре­шений уступало первой серии иссле­дования, предполагающей отсутствие временных ограничений: «оригинальность» (x2=19,068; P<0), «продуктивность» (x2=14,086; P <0,001), «реали­стичность» (x2=12,828; P <0,002), а так же по «коэффициенту групповой эф­фективности» (x2=13,858; P <0,001). Однако 60%-ый дефицит времени оказался более эффективным, чем 30%-ый. Были получены значимые различия по шкалам «гибкость» (F=-2,078; P<0,038) и «реалистичность» (F=-3,551; P<0), что позволяет утверждать о на­личии порогового значения дефицита времени.

Анализ результатов

Результаты пилотажного исследова­ния, показали, что существует связь меж­ду ограничением по времени и качест­вом решения творческих задач в группе.

Помимо результатов творческого реше­ния, об этом свидетельствуют данные, полученные по Шкале эффективности совместного творчества и фиксиро­ванные наблюдателями внешние признаки. Так, было отмечено возрастание значений по шкалам «конфликтность» и снижение значений по шкале «дове­рие/открытость», что свидетельствует о возникшем напряжении в группах. Ог­раничение по времени имело и положительную корреляцию с такими шкалами как «гибкость» и «вовлеченность». Низкие значения по шкале «доверие/от­крытость» по результатам второй серии (групповой) - могут свидетельствовать о снижении уровня межличностного общения в процессе решения и повы­шении уровня критичности по отноше­нию к выдвинутым решениям. Этот кри­терий отражает общий эмоциональный настрой участников. Высокая вовлеченность в процесс работы стимулирует увеличение разнообразия предлагаемых идей и точек зрения, обеспечивает организованность и собранность. Высокая вовлеченность также способствует принятию более рискованных решений, за счет лучшего ознакомления с ситуацией, эмоционального подъема и включенно­сти в работу. Можно говорить о наличии инструментальной коммуникации во второй серии исследования, о чем свидетельствуют и внешне наблюдаемые признаки, и данные обратной связи. В результате наблюдения была замечена более целенаправленная деятельность, наполненная исключительно поиском решений. «Гибкость», в свою очередь, положительно коррелирует с дефици­том времени и обеспечивает разнообра­зие идей в процессе решения, возможно, благодаря влиянию организующей функции дефицита, которая проявляется по шкале «вовлеченность».

Нами было выдвинуто предположе­ние о том, что низкие показатели по­чти по всем шкалам Эквела, связаны с уровнем напряженности, который вызван резким сокращением времени. В ситуации дефицита времени общая результативность оказалась ниже, а воз­можность возникновения конфликтов увеличилась. Но существуют и положи­тельные признаки, коррелирующие с де­фицитом: это возрастание увлеченности процессом, расширение инструменталь­ного общения. Таким образом, данные, полученные в пилотажном исследовании, подтверждают гипотезу о том, что при групповом решении творческих за­дач ограничение времени может являть­ся ключевым фактором, влияющим на качество группового решения.

По результатам группового этапа в основном исследовании, при сравне­нии данных всех трех ситуаций полученных по формуле КГЭ были выявле­ны значимые различия по большинству шкал, кроме шкалы «гибкость», которая имеет положительную корреляцию с ситуацией дефицита времени. То есть, в первой ситуации, предполагающей от­сутствие временных ограничений, показатели по данной шкале ниже, чем по остальным, а в ситуации дефицита времени, данные по этой шкале имеют бо­лее высокие показатели по сравнению с показателями остальных шкал, что дает нам основание полагать о положитель­ном влиянии дефицита времени на ко­личество разнообразных идей. Данные обратной связи также подтверждают предположение о влиянии дефицита времени на решения.


 

1 ситуация

2 ситуация

3 ситуация

оригинальность

46,07

23,93

26

продуктивность

43,98

25,26

26,76


 

При прямом сборе информации от участников было получено больше по­ложительных отзывов о влиянии дефицита времени, чем данных о положи­тельном влиянии изучаемого феномена по результатам статистической обра­ботки данных. По мнению участников исследования, дефицит времени сти­мулирует увеличение продуктивности, снижает интенсивность межличностного общения, чем способствует инстру­ментальной коммуникации, связанной с деятельностью, которой они занима­лись. Были высказаны мнения о том, что данное условие является организующим фактором и способствует быстрому рас­пределению ролей.

Рассмотрим каждую из трех ситуаций основного исследования в парном сравнении:

Ситуация, не предполагающая вре­менных ограничений, и ситуация, предполагающая 30%-ный дефицит при последовательном предъявлении задач.

При сравнении этих двух ситуаций получены значимые различия по всем пунктам, кроме шкалы «гибкость». Другими словами, в условиях 30%-го дефицита времени качество решений ухудшилось по таким параметрам, как «оригинальность», «продуктивность», «реалистичность» и, соответственно, были получены более низкие зна­чения по итоговому коэффициенту групповой продуктивности. Получен­ные результаты указывают на то, что в условиях 30%-го дефицита времени, при последовательном предъявлении задач падает общее количест­во идей и их продуктивность. Это же касается возможности практическо­го применения полученных решений в жизни, тем самым обесценивают­ся решения, принимающиеся в дан­ных условиях. Можно считать, что де­фицит времени является фактором, снижающим общую продуктивность решений, и отрицательно влияет на нестандартность решений. Однако, на такой критерий как «гибкость» дефицит времени имеет малое влияние, по­этому можно предположить, что он не влияет на разнонаправленность идей. Такая общая тенденция относительно данной шкалы наблюдается во всех сериях исследования.

Ситуация, не предполагающая вре­менных ограничений, и ситуация, предполагающая 60%-ый дефицит при одновременном предъявлении задач.

Несмотря на то, что согласно полу­ченным результатам, в ситуации от­сутствия дефицита времени общая результативность выше, чем в ситуациях с другими условиями, по некоторым шкалам существует высокая корре­ляция с показателями третьей ситуа­ции исследования, во время которой ограничение по времени составля­ли 60%. Так, во время третьей ситуации показатели по шкале «реалистич­ность» оказались существенно выше, чем по результатам первой ситуации. Это дает повод полагать, что влияние временного ограничения в сочетании с одновременным предъявлением за­дач является мотивирующим и орга­низующим фактором совместной деятельности. Высокие показатели по третьей шкале являются следстви­ем повышения вовлеченности в дея­тельность, вызванные напряжением и большой направленностью на результат, как в сфере коммуникации, так и в рамках содержания самой де­ятельности. Тем самым ограничение по времени способствовало тому, что решения были более практичными и применимыми в конкретной ситуа­ции. Нельзя не заметить отрицатель­ного влияния дефицита времени на «оригинальность» и «продуктивность» группового решения.


 

1 ситуация

2 ситуация

3 ситуация

гибкость

37,19

24,55

34,26

реалистичность

36,05

20,74

39,21


 

Рис. 2: Показатели шкалы «гибкость» и «реа­листичность» по результатам основного исследования

Таким образом, организующий фак­тор, с одной стороны, способствует концентрации, направленности на деятельность, игнорированию незначи­мых факторов и направленности на более практичные и разносторонние решения. С другой стороны, он же от­рицательно сказывается на количест­венных и качественных характеристиках решений.

Нами сделан вывод, о том, что пози­тивные результаты групповой дея­тельности в условиях 60%-го дефици­та времени могут объясняться тем, что группам были одновременно предъ­явлены задачи. Данное условие, по-видимому, способствовало тому, что участникам удалось выстроить временную перспективу. То есть, нали­чие конкретных условий и конкретных временных ограничений дало возможность участникам эффективно спланировать свою деятельность, ориентируясь на будущее и учитывая воз­можности настоящего.

По результатам обратной связи также можно заметить, что группа исполь­зовала дефицит времени, как инструмент управления временем, а в тре­тьей ситуации с 60%-м дефицитом времени, благодаря одновременно­му предъявлению всех задач, группа смогла соотнести запланированный цейтнот с количеством задач. Поэто­му можно говорить о наличии предварительного планирования време­ни участниками. Примерно половина участников посчитала, что в ситуации дефицита времени продуктивность групповой деятельности была выше.

Ситуация, предполагающая 30%-ый дефицит с последовательным предъ­явлением задач и ситуация, предполагающая 60%-ый дефицит с одновре­менным предъявлением задач.

В третьей ситуации, предполагающей дефицит времени с одновременным предъявлением всех задач, получены более высокие показатели по всем пунктам шкалы. Значимые показатели, полученные по шкалам «реали­стичность» и «гибкость», указывают на более практичный и разносторонний подход к решению в ситуации однов­ременного предъявления задач.

Эти данные указывают на наличие большого творческого компонента в последней серии исследования, направленность на практические реше­ния и генерирование разнообразных идей, относящихся к разным категориям. По таким шкалам, как «ориги­нальность», «продуктивность» и по итоговому коэффициенту групповой эффективности, хотя и не наблюдается значимых различий, в третьей се­рии получены более высокие значения. Оказалось, что третья ситуация также не способствует продуцированию не­обычных решений, и не влияет на количество решений. Однако получен­ные данные позволяют рассматривать третье условие решения как значимое.

В частности, полученные данные по­зволяют утверждать, что одновремен­ное предъявление задач приводит к более высокой итоговой продук­тивности в условиях дефицита времени. Механизм такого эффекта, на наш взгляд, кроется в возможности участников организовать свою деятельность, благодаря планированию и выстраиванию временной перспек­тивы. Таким образом, при одновре­менном предъявлении нескольких творческих задач в условиях дефицита времени, по сравнению с после­довательным предъявлением тех же самых задач, получены более качест­венные решения.

Поиск порогового значения

Стоит особо отметить результаты поиска порогового значения дефицита времени, которое, вызывая напряжение в группе, способно обеспечить вы­сокую продуктивность. Так как 30%-ый дефицит времени отрицательно влияет на творческую продуктивность, данный процентный показатель нельзя считать временным порогом, положительно ска­зывающимся на творческих решениях. Учитывая данные, полученные при 60%- ом ограничении во времени, нельзя также утверждать, что искомый порог дол­жен быть меньше 30%.

Причиной получения подобного ре­зультата является дополнительное усло­вие, предполагающее одновременное и последовательное предъявление задач, что может либо создавать, либо не создавать временную перспективу и, тем самым, являться организующим фак­тором деятельности. При поиске по­рогового значения дефицита времени необходимо учитывать условия, организующие деятельность, которые даже при сильном дефиците могут способствовать получению, хотя и не таких про­дуктивных решений как в ситуации, не предполагающей дефицита времени, но максимально возможных в данной ситу­ации. Таким образом, нами не была найдена оптимальная величина порога.

Выводы

Описанные результаты исследова­ния могут учитываться при управлении временем персонала. Влияние дефицита времени на эффективность зависит от соблюдения некоторых условий.

По результатам проведенного ис­следования можно утверждать, что в условиях ограниченности временно­го ресурса одновременное предъявле­ние творческих задач значительно продуктивнее, чем последовательное их предъявление. Дефицит времени может играть роль организующего и мотивирующего фактора групповой активно­сти при решении творческих задач, если участники имеют возможность само­стоятельно планировать свои действия. При дефиците времени более успешной стратегией работы с группой являет­ся открытая информация о возникших ограничениях и предоставление группе возможности для самостоятельного планирования собственных действий.

В дальнейших исследованиях, на наш взгляд, необходимо применить специа­лизированный поиск порогового зна­чения дефицита времени, как и других механизмов, способствующих эффективному использованию времени груп­пой. При поиске важно учитывать множество факторов, таких как: типология личностной организации времени, мо­тивация участников и различные груп­подинамические процессы, которые могут повлиять на результативность группового решения творческих задач в ситуации дефицита времени.

Литература:

Альтшуллер Г.С. Как научиться изобретать. // Тамбов : Книжное издательство, 1961.

Головаха Е.И., Кроник А.А. Психологическое время личности. //Киев, 1984.

Жане П. Психология поведения // Психологические теории и концепции личности : краткий справочник / под ред. П. Горностай, Т. Титаренко - Киев : Рута, 2001.

Ковалев В.И. Категория времени в психологии (личностный аспект) // Категории материалистической диалектики в психологии / под ред. Л. И. Анциферовой. - М. : Наука, 1988.

Москвин В.А., Попович В.В. Философско-психологические аспекты исследования категории времени // Credo. Теоретический философский журнал. - 1998. - № 6 (12).

Нюттен Ж. Мотивация, действие и перспектива будущего. // М. : Смысл, 2004.

Пиаже Ж. Избранные психологические труды. // М.: Международная психологическая академия, 1994.

Doob G. W. Pattering of Time. // London: Jale Univ.press, 1971

Ekvall G, Isaksen S.G., Lauer K.J. Situational Outlook questionnaire, A measure of the Climate of Creativity and change // Psychological reports. - 1999.

Frank L. K. Time perspectives // Journal of Social Philosophy. - 1939. - Vol.4. - P.293-312.

Kelly J.R., Karau S.J. Entrainment of creativity in small groups // Small Group Res. 24(2), 1993.

Kelly J.R., Futoran G.C., McGrath J.E. Capacity and capability: seven studies of entrainment of task performance rates // Small Group Res. 21(3), 1990.

Ornstein R. On the experience of time. // Oxford: WestviewPress, 1997.

Для цитирования статьи:

Туманян Д.Г., Базаров Т.Ю. Влияние дефицита времени на решение творческих задач. // Национальный психологический журнал 2012. № 2. c.116-123. doi:

Скопировано в буфер обмена

Скопировать