ISSN 2079-6617 (Print)
ISSN 2309-9828 (Online)
Статьи

Статья

Зотова О. Ю. Технологии коммуникативного взаимодействия для обеспечения безопасности и доверия // Национальный психологический журнал — 2012. — №1(7) — с.88-94.

Автор(ы): Зотова Ольга Юрьевна

Аннотация

На основе эмпирического материала раскрывается сущность понятий «психологическая безопасность» и «доверие». Доказывается, что доверие и безопасность выступают исходными условиями нормальных межличностных взаимоотношений. Раскрывается роль коммуникативных взаимодействий в обеспечении социально-психологической безопасности человека.

Страницы: 88-94

Разделы журнала: Вызовы XXI века; Наука

Ключевые слова: психологическая безопасность личности; доверие; коммуникативное взаимодействие

В современном мире проблема пси­хологической безопасности, доверия одного человека к другому выдвигает на первое место изучение технологий ком­муникативного взаимодействия.

Социально-психологическая бе­зопасность человека тесно связана с межличностными взаимодействиями. В результате продолжительного взаи­модействия и на основе единых интересов и стремлений возникает социально-психологическая общность, которая характеризуется взаимопо­ниманием, сплоченностью и доверием. Таким образом, общность, с одной стороны, является предпосылкой и условием эффективного общения, а с другой — его результатом. А чтобы успешно взаимодействовать с разны­ми сторонами мира, человек должен испытывать доверие.

Состояние социально-психологи­ческой безопасности, в котором нахо­дится субъект, вносит объективные и субъективные изменения в общение и обусловливает качественно опреде­ленную детерминацию изменений личности.

На основе разрабатываемого нами концептуального подхода к проблеме социально-психологической безопасности для формирования эффектив­ных технологий коммуникативного взаимодействия с целью обеспечения безопасности и доверия мы выдвига­ем следующие основания.

  1. Социально-перцептивное основа­ние. На первом этапе взаимодействия эмоциональное восприятие играет важную роль. Здесь важны такие соци­ально-психологические и личностные характеристики субъекта, как эмоци­ональная стабильность, включен­ность, эмоциональная близость, лич­ностная направленность эмоциональ­ного резонанса, выразительность, преобладание позитивно окрашенных эмоций, сбалансированность саморе­гуляции, высокий самоконтроль.

  2. Оценочное основание. Оно пред­полагает установление меры сходства между собой и партнером, которое служит определению социально-пси­хологической безопасности.

    Эти два основания способствуют возникновению состояния социально­психологической безопасности и пер­вичного доверия, они подготавливают базу, формируют психологическую си­туацию, способствующую «переходу» безличного акта коммуникации в акт подлинного субъект-субъектного об­щения.

  3. Преобразовательное основание. Включает в себя этап установления эмоциональных отношений, так называемого ролевого соответствия. Осо­бенность безопасного с социально­психологических позиций влияния в том, что уподобление партнеров друг другу происходит с их взаимного со­гласия, то есть основывается, прежде всего, на доверии. Любой объект окру­жающего человека мира и мир в це­лом вызывают отношение доверия только в том случае, если они облада­ют свойствами безопасности.

В определении понятия «психоло­гическая безопасность» личности чет­ко просматривается два смысловых значения. Первое ассоциируется с со­стоянием, обеспечиваемым системой мер (мероприятий) со стороны окружающих, действиями извне, направ­ленными на удовлетворение базовой потребности личности в безопасности, физическом и психологическом само­сохранении. Второе — связано со стремлением к удовлетворению этой базовой потребности и, как с результатом, с чувствами психологической защищенности, устойчивости, уверен­ности, которые испытывает (или не испытывает) субъект в сложившейся ситуации. По существу, речь идет о восприятии собственной субъектив­ной реальности [2].

Таким образом, психологическая безопасность — такое состояние лич­ности, при котором она способна удовлетворить базовые потребности в самосохранении и восприятии соб­ственной (психологической) защищенности в социуме.

По результатам исследований, ко­торые мы проводили на протяжении четырех лет среди жителей г. Екатеринбурга [1], было выявлено, что соци­ально-психологическая безопасность личности во многом зависит от осо­бенностей восприятия собственной субъективной реальности.

Нами было выявлено, что группа респондентов, которая считает, что находится в состоянии психологичес­кой безопасности (субгруппа СПБ), самая малочисленная (4% от числа респондентов), в то время как процент испытуемых (субгруппа СПО), счита­ющих, что они находятся в ситуации отсутствия психологической безопасности, значительно выше (25%).

Этапы исследования

На первом этапе исследования вы­делялись семантические связи состо­яния социально-психологической безопасности. Для этого использовался психосемантический метод субъективного шкалирования. Затем опреде­лялись структуры, лежащие в основе построенных матриц сходства состоя­ний, и тем самым эксплицировалась структура семантического пространства. Измерялись значения 19-ти со­стояний по шкале сходства с состоя­нием социально-психологической безопасности.

При факторизации матриц выдели­лось 4 фактора, из них два первых, са­мых мощных соответствуют факторам «Силы» и «Комфортности». Семанти­ческое пространство, образованное со­четанием этих двух факторов, задает пространство восприятия респонден­тами состояния социально-психологи­ческой безопасности (рисунок 1).


Рисунок 1. Семантическое пространство состояния социально-психологической безопасности

В сознании респондентов состоя­ние психологической безопасности ассоциируется с такими состояниями, как счастье, веселость, вдохновение и спокойствие, «когда я в безопасности, я счастлив и спокоен».

Это образ «идеального» мира, где максимально снижена степень риска, реальной опасности, непредсказуемости, существующий в реальности. Там субъект воспринимает себя психологи­чески защищенным. Состояние соци­ально-психологической безопасности обладает простой, логичной и непротиворечивой структурой, в которой доста­точно равномерно распределены разнопорядковые, неравновесные психичес­кие состояния. Оно характеризуется, прежде всего, терпимостью, толеран­тностью. Личность в состоянии соци­ально-психологической безопасности открыта новому опыту, готова к широ­ким интенсивным межличностным взаимодействиям, способна радовать­ся жизни. Она активна, напориста, ей свойственны положительные эмоции, тяга к людям, теплота и доверие.

Состояние отсутствия психологи­ческой безопасности (антисостояние), характеризуется широким спектром отрицательных процессов как высоко­го (злость, страх), так и низкого уров­ня психической активности (апатия, печаль, тоска, жалость). При этом ко­личество ассоциаций, относящихся к состоянию психологической опасности, значительно больше, чем относя­щихся к состоянию психологической безопасности. Это связано, с нашей точки зрения, с достаточно парадок­сальной ситуацией — притягательнос­тью социально-психологической опасности для респондентов. Опас­ность связана с ощущением риска, что дает чувство свободы и, как ни странно, комфорта.

На втором этапе изучения состоя­ния социально-психологической бе­зопасности проводился ассоциатив­ный эксперимент. Его достоинство в том, что он позволяет выделить неко­торые неосознаваемые компоненты значения понятия.

Согласно инструкции, испытуемым было предложено в свободных ассоци­ациях подобрать синонимы к слову- стимулу «социально-психологическая безопасность». Цель исследования состояла в изучении ассоциативных по­лей понятия «состояние социально-­психологической безопасности».

В качестве ведущих ассоциаций были выявлены следующие слова и словосочетания: надежность, «сило­вые структуры», стабильность, ком­форт и «мир, в котором удобно». Весьма показательны сочетания слов в кластерах. Так, главная функция го­сударства в сознании респондентов — полицейская. При этом происходит разделение власти как защиты и го­сударства как тюрьмы. Государство рассматривается респондентами в качестве воплощения такой константы русской ментальности, как источник зла, находящийся в постоянном конфликте с народом.

Проведенный нами анализ позво­ляет говорить о социально-психологи­ческой безопасности как о сложном и противоречивом явлении, сочетаю­щем в себе стремление к изменениям и страх перед ними.

Прежде всего, рассмотрим угрозы, которые вызывают наибольшее беспо­койство у респондентов.

По результатам исследования было выявлено, что больше всего люди бо­ятся посягательства на жизнь и здоровье своих близких, родственников; потери ими здоровья (смерти) и пося­гательства на собственную жизнь и здоровье. То есть лидирующие пози­ции возглавляют витальные страхи. Следует подчеркнуть, что страхи, связанные с жизнью и здоровьем близких людей, оказываются для опрошенных респондентов более значимыми, не­жели опасения за собственную жизнь (75,5%).

Отметим, что витальные страхи, вызывающие у респондентов наиболь­шее беспокойство, одинаково выраже­ны у мужчин и женщин, у людей раз­ного возраста и социального положе­ния. Есть лишь очень небольшие отличия между этими группами насе­ления. Например, практически всех пе­речисленных угроз боится примерно одинаковое число мужчин и женщин, но по большинству позиций количе­ство боящихся женщин на несколько процентов больше, чем мужчин. Ин­тенсивность страхов выше среди жен­щин и усиливается с возрастом.

Следующую группу актуальных угроз, беспокоящих респондентов, со­ставляют «имущественные» угрозы. Люди боятся посягательств на имуще­ство, потери имущества вследствие кражи, пожара, и т. п., боятся стихий­ных бедствий и открытых социальных конфликтов (беспорядков, войн и пр.) (53,4%). Здесь лидируют мужчины — респонденты в возрасте от 17 до 26 лет и студенты. Обеспокоенность «имуще­ственными угрозами» социальной группы студентов может объясняться тем, что материальное положение этих преимущественно не работающих представителей группы оценивается как низкое. Эта ситуация обусловлена также возрастающими финансовыми потребностями молодых людей. Иму­щественные страхи подпитывают стремление людей делать сбережения на черный день, повышать квалифи­кацию и учиться, чтобы всегда иметь надежный заработок.

Еще одна группа угроз связана с распространением терроризма. Не­смотря на то, что, по данным социо­логов, страх терроризма среди населе­ния в последние годы занимает низкие позиции, по нашим исследованиям, угроза терроризма стабильно занима­ет почетное третье место (46,2%).

Используя методику «Семантичес­кий дифференциал» (в модификации Д. Пибоди, А.Г. Шмелева) мы выяви­ли особенности восприятия социаль­но-психологической безопасности у респондентов.

Испытуемым предлагалось оценить по принципу сходства — контраста вос­приятие собственной субъективной реальности в свете социально-психоло­гической безопасности (психологичес­кой защищенности, устойчивости, уве­ренности), которую испытывает или не испытывает субъект. Исследование проводилось при помощи 32 семибалльных биполярных шкал. Определе­ния находятся во взаимоотношениях в четверках по принципу четырехпо­люсной модели личностной черты. По мнению А.Г. Шмелева, использование четырехполюсной модели позволяет не только «очистить» результаты субъективных суждений от артефакта социальной желательности, но и от дескриптивного фактора (характеро­логического представления в данном случае) и измерить эмотивный, оце­ночно-отношенческий компонент со­циальной установки. Интерпретация данных проводилась по шкалам «Боль­шой Пятерки» (Big Five, или сокра­щенно В5): «Дружелюбие», «Интел­лект», «Активность», «Самоконтроль» и «Эмоциональная устойчивость». Интерпретативные названия факторов соответствуют результатам русско­язычного таксономического исследо­вания личностных черт.

Принимая во внимание, что люди могут оценивать и воспринимать со­циально-психологическую безопас­ность дифференцированно, респон­дентам было предложено описать сле­дующие образы:

  • «Я»;

  • «Я в безопасности»;

  • «Я в состоянии опасности»;

  • «Я — доверяющий миру и себе»;

  • «человек, которому я полностью доверяю».

Обработка результатов проводи­лась с применением корреляционно­го (использовался ранговый коэффи­циент корреляции Спирмена) и фак­торного анализа по методу главных компонент, что позволяло нам решить наши задачи, используя пакет «SPSS 11.0».

Мы получили следующие резуль­таты.

Образ «Я в безопасности» оценива­ется респондентами как менее критич­ный, более доверчивый и миролюбивый, упорный, смелый и активный, менее практичный и независимый, чем образ «Я сегодня». Иначе говоря, респонденты считают, что, находясь в безопасности, будут мягче и добрее, чем сейчас [3]. В описании качеств этого образа отразилось мнение рес­пондентов о том, каким, с точки зре­ния общества, должен быть человек в безопасных условиях существования. Такой человек обладает положитель­ными характеристиками (приятный, умный, практичный), которые имеют в основном высокий балл. В его опи­сании доминируют черты, входящие в фактор «Активность», измеряющий широту и интенсивность межличнос­тных взаимодействий. Активную сто­рону данного образа обеспечивают его уверенность, смелость, высокий уро­вень боевитости, оптимистичности и общительности.

Образ «Я, доверяющий миру и себе», с точки зрения респондентов, легковерный и доверчивый, миролю­бивый и веселый, приятный и незави­симый, прощающий и щедрый, откро­венный и спокойный, умный и раскрепощенный. Эти характеристики перекликаются с описанием «полноценно функционирующего» человека, которое дал представитель гуманисти­ческой психологии К. Роджерс — пол­ностью открытый переживанию, способный слушать себя, тонко осознаю­щий свои самые глубокие мысли и чувства. К. Роджерс писал, что «организмическое доверие означает способ­ность человека принимать во внима­ние свои внутренние ощущения и рас­сматривать их как основу для выбора поведения» [4].

Отдельного внимания заслуживает описание образа «Я в состоянии опас­ности». Этот образ описывается как агрессивный, недоверчивый, но, в тоже время, пассивный, угрюмый, не­гибкий, неуверенный, озабоченный и глупый. Обращает на себя внимание фактор «Интеллект», который имеет отрицательное значение как у образа «Я», так и у образа «Я в состоянии опасности» (рисунок 2).


Рисунок 2. Оценочные отношения респондентов к образу «Я» в различных состояниях социально-психологической безопасности

Образ «Человек, которому я полно­стью доверяю» представлен в сознании респондентов в основном положительными качествами (90,6% характе­ристик). Он — «приятный» (2,3 балла), «избирательный» (2,4 балла), «умный» (2,4 балла), «уверенный» (2,1 балла), «критичный» (2,0 балла), «тактичный» (2,0 балла), «практичный» (2,0 балла) и «сотрудничающий» (2,0 балла) (рисунок 3). Таким образом, респонден­ты выделяют эмоциональные (прият­ный), волевые и интеллектуальные (умный, критичный, практичный, из­бирательный) и коммуникативные (сотрудничающий) качества. Полу­ченный образ репрезентирует мораль­ную оценку, социально одобряемое поведение, аффектотимичность. То есть перечисленные качества важны для возникновения доверия к другому.


Рисунок 3. Представление респондентов об образе «Человек, которому я полностью доверяю»

Доминирующей шкалой в описании человека, которому респонденты пол­ностью доверяют, является шкала «Интеллект». Этот человек должен обладать высокими умственными способностями, иметь широкие интеллектуальные интересы, быть упорным, настойчивым и образованным (рисунок 4).


Рисунок 4. Оценочные отношения респондентов к человеку, которому они полностью доверяют

Экспериментально доказано, что уровень интеллекта существенно вли­яет на успешность деятельности в са­мых различных сферах. Интеллект связан с многообразными подструкту­рами личности и проявляется в навы­ках субъекта общения, которые дают ему возможность вступать в соци­альные контакты, регулировать повторяющиеся ситуации взаимодействия, а также достигать доверительных меж­личностных отношений.

В результате факторно-аналити­ческой обработки результатов было выделено 6 значимых факторов обра­за «Человека, которому я полностью доверяю».

Первый выделенный фактор уни­полярен. Он объясняет 35,1% общей дисперсии и включает следующие качества:

28 Организованный — импульсивный 0,94

9 Гибкий — негибкий 0.90

1 Критичный — легковерный 0,89

26 Зависимый — независимый 0,86

31 Глупый — умный 0,79

17 Принципиальный — приспособленный 0,76

32 Приятный — неприятный 0,76

18 Непрактичный — практичный 0,75

Содержание признаков, входящих в этот фактор, позволяет интерпретиро­вать его как «Авторитетность», что сви­детельствует о некоторой степени зави­симости от того человека, которому до­веряешь, и отражает отношения с ним.

Второй фактор объясняет 21,5% общей дисперсии и представлен сле­дующими качествами:

12 Возбужденный — спокойный 0,98

27 Заторможенный — раскрепощенный 0,95

4 Боевитый — пассивный 0,75

19 Придирчивый — прощающий 0,73

Противоположный полюс второго фактора представлен качествами:

15 Самоуверенный — застенчивый 0,87

Содержание второго фактора по­зволяет интерпретировать его как «Са­модостаточность». Данный фактор отражает стремление к самостоятельно­сти, независимости.

Третий фактор (17,8% общей дис­персии) включает в себя следующие прилагательные:

25 Сотрудничающий — несотрудничающий 0,95

22 Робкий — смелый 0,92

24 Мягкий — жесткий 0,84

Противоположный полюс пред­ставлен шкалой:

13 Скромный — претенциозный 0,9

Содержание выделенного фактора можно интерпретировать как «Сотруд­ничество». Этот фактор характеризует независимость, самостоятельность, автономность.

Четвертый значимый фактор (12,3%) включает в себя следующие шкалы:

7 Бестактный — тактичный 0,92

14 Скупой — щедрый 0,92

30 Заторможенный — раскрепощенный 0,77

Противоположный полюс:

2 Недоверчивый — доверчивый -0,65

11 Возбужденный — спокойный  -0,60

Общий смысл выделенного факто­ра можно представить как «Осторожность», он характерен для людей, считающихся разумными, рассудитель­ными, вдумчивыми и упорными.

Пятый фактор (8,4%) составили следующие качества:

21 Осторожный — бесшабашный 0,90

20 Избирательный — неразборчивый 0,86

8 Откровенный — лицемерный 0,82

10 Переменчивый — упорный 0,77

6 Легкомысленный — серьезный 0,74

Противоположный полюс пред­ставлен шкалами:

11 Возбужденный — спокойный -0,74

Фактор может быть интерпрети­рован как «Эмоциональная устойчи­вость — эмоциональная неустойчи­вость». Этот фактор определяет спо­собность управлять эмоциями и настроением. Все вышеперечислен­ные характеристики свойственны людям эмоционально зрелым, смело смотрящим в лицо фактам, спокой­ным и уверенным в себе, что дает ок­ружающим возможность довериться, раскрыться.

Шестой фактор (4,6%) представлен одной шкалой:

3 Агрессивный — миролюбивый 0,72

Данный фактор интерпретируется как «Миролюбие».

Выявленная многофакторная структура восприятия образа «Челове­ка, которому я полностью доверяю» представляет несомненный интерес. Это восприятие осуществляется через призму факторов авторитетности и самодостаточности, что свидетель­ствует о независимости такой личнос­ти, ориентированности ее на достижения. Она позитивно себя принимает, то есть относится к себе, к своей субъектности как к ценности, умеет учитывать прошлый опыт и соотносить его с планами на будущее, обла­дает способностью сохранять устойчи­вость. Авторитетность и самодостаточ­ность другого дает респондентам ощущение безопасности, которое от­ражается в переживании ими защи­щенности в конкретной жизненной ситуации. С точки зрения Дж. Келли, «когда человек чувствует, что он в бе­зопасности и может правильно прогнозировать события, он будет делать выборы, способствующие расшире­нию своей системы, даже с риском ошибиться, но затем последует пери­од, в течение которого он будет совер­шать выборы, снижающие вероят­ность ошибки и служащие подкрепле­ниями» [1].

Таким образом, в качестве основопо­лагающего условия, вызывающего дове­рие, можно выделить значимость для личности субъектности другого и про­гнозирование определенного уровня безопасности для себя, своего статуса.

Оптимальный уровень доверия к себе и ощущение безопасности не яв­ляются постоянными величинами, так как это сложные и чрезвычайно динамичные образования, которые изменяются в зависимости от того, как на данный момент человек соот­носится с миром и самим собой, а также от ситуации, в которой человек на­ходится. Соотношение доверия и ощущения безопасности должно быть подвижным, иначе нет движения, нет развития.

Результаты исследования

Проведенные исследования позво­лили выявить ряд важных эмпиричес­ких фактов.

  1. Доверие и безопасность высту­пают как исходные условия нормаль­ных межличностных взаимоотноше­ний. В случае отсутствия доверия и безопасности, отношения становятся контрсуггестивными или конфронтационными, что влияет на самораскры­тие и самореализацию.

  2. Основные показатели социаль­но-психологической безопасности у подавляющего большинства респондентов не удовлетворены, а именно:

    • взаимоотношения имеют недоста­точно гармоничный характер;

    • имеет место фрустрированность доверия, неудовлетворенность межличностными отношениями;

    • отсутствует чувство защищенности от негативных психологических воздействий;

    • отмечается напряженность, труд­ности и нарушения в отношениях.

  3. Было выявлено три группы ис­пытуемых, которые имеют различия в восприятии собственной субъектив­ной реальности: психологической за­щищенности, устойчивости, уверен­ности, которые испытывают (или не испытывают) в реальной жизни:

    • респонденты, находящиеся в со­стоянии социально-психологичес­кой безопасности;

    • испытуемые, находящиеся в состо­янии отсутствия социально-психо­логической безопасности;

    • группа социально-психологичес­кой неопределенности.

  4. Обнаружена существенная ди­версификация интерпретации бе­зопасности в выделенных группах. Для субгруппы СПБ безопасность интер­претируется как благо. Для субгруппы СПО понятие безопасности тесно кор­релирует с защитой и охраной, что, скорее всего, связано с переживанием страха и беспокойства, ощущением низкого потенциала справедливости в обществе. Основным различием в субгруппах является механизм каузально­го объяснения. Так, в субгруппе СПБ подавляющее большинство надеется на себя, в то время как в субгруппе СПО респонденты возлагают надежды на других.

  5. Установлено, что респонденты с депривированным ощущением соци­ально-психологической безопасности обладают полезависимым стилем пове­дения и пониженным самопринятием, для них характерно стремление к уеди­ненности, независимости и самодоста­точности, их социальный мир несет в себе негативные характеристики.

  6. Показано, что респонденты, нахо­дящиеся в состоянии социально-пси­хологической безопасности, восприни­мают социальный мир достаточно гар­монично, просто и непротиворечиво через призму двух положительных в со­держательном плане факторов: миро­любия и активности.

Таким образом, нами выявлено, что социально-психологическая бе­зопасность является ведущим компо­нентом, влияющим на социальное восприятие личности. Она является психологическим образованием, кото­рое зависит от особенностей воспри­ятия собственной субъективной реальности. В зависимости от наличия или отсутствия социально-психоло­гической безопасности меняется и репрезентация мира. В зависимости от возраста респондента, его индиви­дуальных особенностей, воспитания, образования, сферы приложения ак­тивности, способностей и т. п. «карти­на мира» может соединять элементы преимущественно чувственно-пространственные, духовно-культурные, философские, этические, физические и др., и в разной степени целостности быть представленной самому владель­цу. Следовательно, изучение социаль­но-психологической безопасности личности подразумевает внимание к вышеперечисленным факторам.

В современном мире человек не может жить без ощущения безопасно­сти и доверия. Без них он утрачивает связь с миром, что имеет для него са­мые негативные последствия. Поэто­му главными функциями безопаснос­ти и доверия выступают:

  1. функция связи человека с чело­веком;

  2. функция связи человека с миром;

  3. функция восприятия целостности собственной личности;

  4. функция гармонизации отноше­ний человека и с миром и самим собой.

Формирование социально-психо­логической безопасности может вы­ступать пропедевтическим инструмен­том снижения деструктивных насиль­ственных действий в обществе в целом. Социально-психологическая безопасность, переживаемая как состояние, обусловлена наличием гармоничных, приносящих удовлетворение взаимоот­ношений личности с другими людьми. Эти отношения позволяют реализовать духовно-психический потенциал лич­ности в процессе жизнедеятельности, сохранить ее целостность и являются условием, запускающим позитивные возможности психического и профес­сионального развития каждого конк­ретного индивида.

Примечания:

1.В исследовании принимали участие студенты и сотрудники Гуманитарного университета очной, заочной формы обучения, а также работники рекламных агентств и сотрудники милиции (УВД г. Екатеринбурга) (N=776 человек).

Список литературы:

  1. Келли Дж. Теория личности. Психология личных конструктов. — СПб: Речь, 2000. — 249 с.
  2. Лебедева Л.Д. Психологическая безопас­ность личности в арт-терапевтической работе. — [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://lib.druzya.org/art-ter/.view-lebedeva-art.txt.full.html.

  3. Перелыгина Е.Б., Зотова О.Ю. Теоретико­методологические основания социально­психологической безопасности: Моногра­фия. - М.: Альтекс, 2009. - С. 131-132.

  4. Rogers C.R. On becoming a person: A therapist view of psychotherapy. — Boston: Houghton Mifflin, 1961. - Р. 190.

Для цитирования статьи:

Зотова О. Ю. Технологии коммуникативного взаимодействия для обеспечения безопасности и доверия // Национальный психологический журнал — 2012. — №1(7) — с.88-94.

Zotova O.U. (2012) Communicative interaction technologies for safety and trust . National Psychological Journal, 1(7), 88-94