ISSN 2079-6617 (Print)
ISSN 2309-9828 (Online)
Ru | En
РПО
Факультет психологии МГУ имени М.В. Ломоносова
Главная RSS Поиск
Приглашение к публикации

ГлавнаяВсе статьи журналаНомера

Захарова Е.И. , Карабанова О.А. Кинотерапия: современный взгляд на возможности применения // Национальный психологический журнал. – 2018. – №2(30). – С. 57–65

Автор(ы): Захарова Е. И.; Карабанова О.А. ;

Аннотация

Актуальность (контекст) тематики статьи. Развитие психологических практик привело к созданию кинотерапии, зарекомендовавшей себя перспективным методом оценки и трансформации ценностно-смысловой сферы личности. Однако широкому распространению метода кинотерапии препятствует недостаточная изученность механизмов его психологического воздействия. Актуальной задачей является создание проективного метода диагностики ценностно-смысловой сферы личности средствами художественной кинематографии, а также разработка технологий воздействия квази-формирующего и обучающего типа.

Целью статьи является анализ возможностей применения кинотерапии для решения психотерапевтических, диагностических, коррекционных, развивающих задач.

Описание хода исследования. Рассмотрены теоретические основания кинотерапии как вида арт-терапии, выделено сходство и различия с библиотерапией. Обсуждается развитие метода кинотерапии – от задач совладания с эмоциональными нарушениями и восстановлением баланса психодинамических сил до широкого спектра задач оптимизации личностного роста и образования. Проанализированы психологические механизмы воздействия в процессе кинотерапии: проекция, идентификация с героем, рефлексия, катарсис, социальное научение. Выделены базовые приемы личностной трансформации, применяемые в кинотерапии. Определены основные темы для группового и индивидуального обсуждения после просмотра художественного фильма. Приведены результаты пилотажного исследования, доказавшего высокую эффективность метода кинотерапии при подготовке к родительству женщин.

Результаты исследования. На основании анализа психологической практики использования средств художественной кинематографии как метода психологического воздействия можно сказать следующее. Хотя метод кинотерапии успешно зарекомендовал себя в решении психотерапевтических, развивающих, образовательных задач, однако психологические механизмы его воздействия исследованы недостаточно глубоко, а возможности кинотерапии в развитии личностного потенциала человека используются далеко не полно.

Выводы. Перспективы развития данного метода связаны с разработкой проективных методов исследования неосознаваемых имплицитных установок личности, что позволит повысить эффективность диагностической работы, а также с разработкой квази-формирующих техник психологического воздействия на ценностно-смысловую сферу человека на основе активизации его личностного потенциала и учета актуальных задач развития каждой возрастной группы.

Страницы: 57-65
Поступила: 14.05.2018
Принята к публикации: 27.05.2018
DOI: doi: 10.11621/npj.2018.0207

Разделы журнала: Психология здоровья;

Ключевые слова: арт-терапия; кинотерапия; метафора; идентификация; психологический механизм воздействия; ценностно-смысловая сфера; установка материнства;

PDF: /pdf/npj-no30-2018/npj_no30_2018_057-065.pdf

Доступно в on-line версии с 01.08.2018

Арт-терапия как терапия искусст­вом представляет одно из самых многообещающих, перспективных и мало изученных направлений пси­хологической практики. Можно выде­лить три подхода к интеграции искусства и терапии, по-разному раскрывающие содержание и механизмы воздействия искусства на разрешение проблем, пси­хологическое благополучие и развитие личности. В психоаналитическом подхо­де в работах пионера арт-терапии М. На­умбург акцент переносится на терапию, а арт (искусство) выступает лишь как средство, позволяющее преодолеть со­противление и прийти к осознанию бес­сознательных процессов. Здесь именно терапия является и целью, и содержанием психопрактики, а искусство лишь допол­няет арсенал методических инструмен­тов аналитика (Naumburg, 1958, 1966). В концепции Э. Крамер, которая, как и М. Наумбург, является представитель­ницей психодинамического подхода, напротив, само искусство выступает фо­кусом внимания, а терапевтический эф­фект является результатом включения пациента в процесс создания художе­ственных образов, будь то рисунок, со­чинение или восприятие произведения искусства любой формы (Kramer, 1958, 1990). По мнению Э. Крамер, необходи­мо учитывать два процесса, реализуемые в ходе художественной деятельности. Во-первых, сублимацию, позволяющую «переключить» энергию либидо на со­циально желаемые цели и тем самым вос­становить баланс психодинамических сил. Во-вторых, коммуникацию, в кото­рой рисунок, являясь посланием бессоз­нательного, принимает на себя функцию коммуникации социальному окружению скрытых, подавленных влечений и кон­фликтов пациента, способствуя более глубокому пониманию партнерами друг друга и улучшению их межличностных отношений. Третий подход отводит ре­шающую роль в арт-терапии процессам творчества и творческого воображения, полагая, что сам процесс арт-терапии порождает новые потребности челове­ка – в творчестве, поиске форм самовы­ражения, и приобретает самостоятель­ное значение и особый приоритет в его ценностно-смысловой и мотивационной сфере. Не адаптация к социальной сре­де, не улучшение системы отношений с миром, а рождение новой потребности в творчестве и соответствующая транс­формация всех жизненных отношений личности становится результатом арт-те­рапии (Бурно, 1989; Карабанова, 1977). Таким образом, в русле решения отно­сительно узкой психотерапевтической задачи возникло и окрепло новое на­правление, позволяющее выйти за преде­лы клинической практики. Арт-терапия (А. Хилл), первоначально направлен­ная на улучшение эмоционального со­стояния человека за счет снижения вну­треннего напряжения, значительно расширяет радиус возможного воздей­ствия. Объектом арт-терапевтического воздействия становится уже не больной человек (пациент), а личность, стремяща­яся не только избавиться от негативных переживаний, но раскрыть и обогатить свой творческий потенциал, ориентиро­ванная на саморазвитие и самовыраже­ние в произведениях искусства.

Арт-терапия, как способ психологи­ческого воздействия, имеет ряд преиму­ществ, по сравнению с другими психоте­рапевтическими методами. Приобщение к искусству вызывает положительные эмоции. Технические навыки (рисование, игра, сочинение и обсуждение сказок, восприятие музыкального произведения) складываются в детские годы, поэтому отличаются доступностью для широко­го круга взрослых людей. Возможность обойтись без слов создает возможность самовыражения для людей, испытываю­щих трудности в вербальном описании своих переживаний. Все это позволяет обходить «цензуру сознания», способст­вуя выражению скрытых желаний, идей, состояний, поведения, которые в обыч­ной жизни не проявляются.

В конце ХХ-го века психотерапевт Берни Вудер разрабатывает еще одно направление арт-терапии – кинотера­пию, используя новый метод для лечения эмоциональных проблем своих пациен­тов (депрессивных состояний, фобий, зависимостей, суицидальных намере­ний). Использование метода кинотера­пии было востребовано в первую очередь в русле психоаналитического подхода (Berg, URL: http://www.uspress.edu/books/pages/6945.html; Gabbard, 2001; Kluge, URL: http://www.dspp.com/papers/kluge.htm). Стремительное развитие кинемато­графа способствовало обогащению прие­мов психоанализа. Дана Намди обращает внимание на их взаимопроникновение, позволившее, с одной стороны, популя­ризировать идеи психоанализа, с дру­гой, способствовало появлению новой тематики художественных произведений (Дмитриева, Одинцова, Намди, 2016). Стимульным материалом для работы ста­новится заранее отобранный по опреде­ленной тематике фильм, просмотр ко­торого сопровождается, как правило, групповым обсуждением под руководством психолога. Обсуждение поступков и переживаний персонажей фильма могут помочь клиентам получить бо­лее адекватное и полное представление о собственной жизни, соприкоснуться с чувствами и эмоциями, увидеть ситуа­цию с другой точки зрения. Это позво­ляет преодолеть страх и тревогу, создает ситуацию эмоциональной безопасности для обсуждения собственных проблем на основе идентификации с героями филь­ма, чье сходство судьбы с собственной историей осознается либо самими кли­ентами, либо с помощью терапевта. Ге­рои фильма сталкиваются с теми же про­блемами, что и зрители в своей реальной жизни: утратой, неудачей, несправедли­востью, изменой, отвержением и изоля­цией, низкой самооценкой и др. Исполь­зование метафоры как художественного средства позволяет значительно ускорить процессы инсайта – глубокого и целост­ного постижения сущности проблемной ситуации и возможностей ее разреше­ния (Sharp, Smith & Cole, URL: https://doi.org/10.1080/09515070210140221). Преи­мущества арт-терапии как дополнитель­ного метода работы связаны с тем, что использование метафорического вы­ражения проблемы позволяет перейти к ее анализу и обсуждению, в то время как прямой директивный подход провоцирует защитные реакции клиента, не позволяя выйти на ее осознание и про­работку. Это положение получило убеди­тельное подтверждение в сравнительном исследовании эффекта двух форм интер­венции с целью оптимизации деструк­тивных детско-родительских отношений в групповой работе с пятнадцатилетними девушками-подростками. Было показано, что просмотр художественных фильмов содействует открытому обсуждению про­блем материнско-дочерних отношений и отношений с отсутствующим отцом, в то время как попытка прямого разгово­ра об этих отношениях вызывает сопро­тивление, отказ и негативные аффектив­ные реакции (Bierman, 2003).

Кинотерапия имеет явное сходство с библиотерапией, которая строится как обсуждение и совместный анализ спе­циальным образом отобранных книг и историй, что, однако, не исключает их различий. Существенным преимущест­вом фильмов перед книгами является ис­пользование совокупности различных модальностей: музыки, цвета, яркости изображений, динамики развертывания перед глазами зрителя историй, что по­зволяет говорить о глубинном эмоциональном уровне воздействия. Воссозда­ние истории на основе визуализации позволяет прочувствовать и осознать психологическую коллизию в опреде­ленном заданном создателем фильма ключе, сохраняя, тем не менее, широкие возможности личностного осмысления и интерпретации увиденного.

Анализируя психологические механиз­мы воздействия на зрителя, исследовате­ли обращаются к процессу идентифика­ции зрителя с героем художественного произведения. Зритель выбирает героя, который ему наиболее близок на данном этапе жизни по типу поведения, по спо­собу решаемой задачи, по сходной жиз­ненной ситуации или стоящей перед ним психологической проблеме. Это обеспе­чивает ему возможность эмоционально­го включения (Психологическое консуль­тирование …, 2017). Результатом такой идентификации становится «заражение» эмоциональным состоянием героя с по­следующим глубоким катарсисом. Худо­жественное произведение не только по­зволяет зрителю преодолеть защитные механизмы и испытать «страсти и жела­ния», подавляемые в повседневной жиз­ни, но в метафорической форме предлага­ет способ решения проблемной ситуации. Соответственно, существенным услови­ем эффективности терапевтического воз­действия является наличие сходства сю­жета с актуальной жизненной ситуацией, в которой находится клиент (Прокофье­ва, URL: http://kinoterapia.info/theoretics-cinematherapy/method-of-kinoterapia/). Кроме того, возможность идентифика­ции с героем достигается особыми прие­мами возбуждения симпатии, обеспечивая возможность возникновения сопережива­ния зрителя. Герой не только должен ока­заться в опасной ситуации, вызывающей волнение и сопереживание у зрителя, но и быть наделен как особыми способно­стями, так и узнаваемыми недостатками, и слабостями. Эффект узнавания усилива­ется, если герой фильма действует в знако­мой зрителю ситуации (Червинский, URL: https://kinodramaturg.ru/a-chervinskij-kak-xorosho-prodat-xoroshij-scenarij/).

Таким образом, проблема воздейст­вия искусства на развитие и психоло­гическое состояние личности разра­батывалась функциональной теорией в рамках «онтологии самого искусства» (Крупник, 1999). Психологической мо­дификацией функциональной теории искусства является направление, опираю­щееся на объективно-аналитический ме­тод анализа, предложенный в свое время Л.С. Выготским для изучения психологии искусства. Представители этого направ­ления рассматривали художественное произведение как систему художественно-выразительных средств, «сознательно и преднамеренно организованных с та­ким расчетом, чтобы вызвать эстети­ческую реакцию» и тем самым воздей­ствовать на реципиента (Выготский, 2010). Однако психология искусст­ва не может рассматриваться в отрыве от личности, на которую оказывается воздействие. По мнению Е.В. Крупни­ка, в процессе знакомства с художест­венным произведением у субъекта воз­никает «художественное сознание» как особого рода отношение к произведе­нию искусства. Воздействие искусст­ва на личность представляет собой, та­ким образом, целостный системный акт, в котором воздействие стимула (произ­ведение искусства с его системой вы­разительных средств) преломляется че­рез художественное сознание личности, что и определяет, в конечном счете, эффект «последействия» художественного произведения на личностную органи­зацию человека (Крупник, 1999). Возни­кающие под влиянием художественного фильма переживания свидетельствуют о том, что происходящие события при­обретают для каждого человека особый личностный смысл. Отношение к герою и его жизненной ситуации определяется, в первую очередь, проекцией собствен­ных ценностных установок, личностных черт и актуальных переживаний. В связи с этим, анализ переживаний, возникших в ходе просмотра кинофильма, способ­ствует осознанию зрителем собствен­ной жизненной ситуации и личностной позиции, открывая это содержание для развития и коррекции.

Данный подход к психотерапевти­ческой работе посредством кинемато­графии был поддержан и существенно обогащен в онтопсихологии Антонио Ме­негетти, который сосредотачивает вни­мание не только на просмотре фильма, но и на последующем его обсуждении в группе зрителей (Менегетти, 2014а, 2014б). Подчеркивая, что кино являет­ся «самым распространенным в современном мире и самым могущественным средством коммуникации», он вызыва­ет зрителя на разговор, направленный на выявление проективного характера пе­реживаний, при этом, позволяя ему по­нять, насколько его личное восприятие расходилось с объективным содержани­ем образа. По мнению А. Менегетти, «пра­вильно» созданный фильм раскрывает широкое пространство для переживаний, чувств и эмоций. В процессе группово­го обсуждения человек постигает специ­фику собственных переживаний, совер­шая акт самопознания (Менегетти, 2001). С помощью средств художественного произведения режиссер создает яркие, выразительные образы, но они являют­ся лишь материалом для образов, созда­ваемых воображением самого зрителя. Они, по мнению Менегетти, позволяют проявиться внутреннему миру человека, поскольку «сквозь вереницу сменяющих­ся образов мы улавливаем проявление ин­тенциональности бессознательного, но не режиссера, а зрителя» (Менегетти, 2014а). Фильм становится средством выражения бессознательного как отдельного индиви­да, так и группы участников. Организован­ное после просмотра фильма обсуждение позволяет каждому зрителю понять, на­сколько его личное восприятие расходи­лось с объективным содержанием образа. Следовательно, по мнению автора, с по­мощью данного метода можно диагно­стировать и с очевидностью представлять субъекту его бессознательное. Участни­ку дискуссии открывается скрытое содер­жание его личности. Полученное знание можно использовать и для лечения чело­века, и для содействия его дальнейшему личностному росту. В рамках онтопсихо­логии появляется новое название мето­да – кинемалогия (от греческого «кинео» – двигаю, двигаюсь и латинского «логос» – наука, познание), в котором акцент сме­щается на возможности самопознания. Показаниями к использованию данного метода являются эмоциональные наруше­ния, скрытые неосознаваемые и открытые осознанные неурегулированные внутри­личностные и межличностные конфлик­ты, низкий уровень развития самосозна­ния и самооценки, аддикции, в том числе эмоциональная зависимость и зависи­мость от психоактивных веществ, недо­статочный уровень осознания и понима­ния собственного поведения, конфликтов в межличностных отношениях и их при­чин, утрата, посттравматическое стрес­совое расстройство, депрессии, тревож­ные расстройства социального генеза, все виды расстройства пищевого поведения.

История использования метода ки­нотерапии в нашей стране непродолжи­тельна. Несмотря на то, что в Большой медицинской энциклопедии еще в 1949 году впервые появилась статья о кинотерапии, как новом методе лечения с помо­щью просмотра специально отобранных фильмов, оказывающих психотерапевти­ческий эффект, в России его использова­ние не получило широкого распростра­нения (Пензин, 2003). В настоящее время обращение к данному средству психологического воздействия происходит все чаще. Е.Н. Павлова, анализируя современ­ную практику использования кино в тера­певтических целях, описывает несколько вариаций этого метода. Наибольшей по­пулярностью, по ее мнению, пользует­ся использование кинофильма (или его фрагмента) в качестве иллюстрации об­суждаемого способа поведения. Киноф­рагменты используются на когнитивных тренингах для формирования образов успешного и неуспешного поведения. Яр­кие художественные образы способству­ют закреплению паттернов собственного поведения и помогают точнее распозна­вать значение поведения других людей (Павлова, https://kinoterapiya.ru/method). В качестве вспомогательного приема мо­жет быть рекомендован самостоятель­ный просмотр фильма. В ряде случаев для помощи клиенту может быть состав­лена программа индивидуального прос­мотра в течение месяца. Использование кинофильма в качестве отправной точки для последующей дискуссии требует осо­бого мастерства терапевта. На сегодняшний день опыт такого индивидуального творчества недостаточно операционали­зирован, так как практикующие терапев­ты редко занимаются анализом и систе­матизацией своего опыта, как это делал А. Менегетти. Вместе с тем, можно выде­лить ряд приемов, которые составляют основу психотерапевтической работы. К ним относятся:

  • прием децентрации, позволяющий увидеть проблемную ситуацию как открывающую новые возможности и перспективы, изучить различные ва­рианты решения сложной проблемы и выбора поведения;

  • прием реконструкции нарушенных межличностных отношений на осно­ве принятия нормы диалога в обще­нии, эмпатии, сострадания к другим и себе, терпимости и принятия других такими, какими они есть, преодоления старых обид и проявления открытости к любви;

  • переосмысление жизненных целей и постановка новых целей на основе осознания ригидных, ограничивающих свободу выбора убеждений, определе­ния того, что действительно является важным для клиента, и отказа от лож­ных установок, формирования умения рассматривать воспринимаемые пре­пятствия как возможности для роста;

  • фасилитация самопознания и повыше­ние самооценки, благодаря обретению умения видеть себя в новом свете, при­нимать себя, открывать в себе новое;

  • прием трансформации чувств клиента от тревоги, страхов и депрессии к надежде, радости и вдохновению;

  • прием осознания неэффективного ро­левого поведения, ориентация на кон­структивные ролевые модели и обуче­ние соответствующему поведению;

  • переживание утраты и неразрешен­ного горя на основе кристаллизации позитивного опыта и примирения со смертью и со своим прошлым.

Круг вопросов, которые становятся предметом обсуждения после просмотра фильма, включают следующие темы:

  • чувства, эмоции переживания, испы­тываемые во время просмотра фильма, прежде всего, наиболее интенсивные, вызывающие беспокойство, диском­форт, кажущиеся несовместимыми с событиями, происходящими в фильме (например, смех во время трагической сцены или злость и грусть в позитив­ной ситуации);

  • наиболее значимые символы;

  • идентификация с одним из героев фильма, выяснение, с кем именно и по­чему;

  • черты персонажей фильма, вызвавшие восхищение или зависть;

  • кто из героев фильма не понравился и почему;

  • сцены, вызвавшие сильные эмоции – что происходило и что было сказано;

  • какое воздействие оказал финал фильма;

  • кто из героев фильма напомнил о ком- то из прошлого клиента или настоящего;

  • что больше всего понравилось в фильме;

  • что меньше всего понравилось в фильме;

  • сцены, вызвавшие отторжение, неже­лание смотреть фильм;

  • сцены, наиболее запомнившиеся, кото­рые произвели наиболее сильное впе­чатление;

  • основная мысль фильма, его посыл, миссия;

  • что именно в фильме хотелось бы при­менить в своей собственной жизни.

Особые возможности содержит в себе подход к кинотерапии, при котором ис­пользуется не готовое художественное произведение, а организуется съемка ко­роткого сюжета, главным героем кото­рого становится сам клиент (В. Эдигер). Для такой работы психотерапевт должен совмещать профессии психолога и кине­матографиста. Воплощая фантазии кли­ента, психолог способствует «прорыву бессознательного», раскрывая его для по­следующего рационального анализа.

Мы видим, что, возникнув как пси­хотерапевтический метод, кинотерапия в настоящее время широко использует­ся как метод психологического воздей­ствия в ходе развивающей работы и для решения образовательных задач. В реше­нии задач оптимизации личностного раз­вития используются такие возможности кинематографического воздействия, как активизация самопознания, способствую­щая формированию идентичности таких личностных качеств, как толерантность и эмпатия. В целом ряде исследований по­казано, что являясь «самым массовым из искусств», кино оказывает существенное влияние на развитие мировосприятия, формирование системы семейных цен­ностей, моральное и нравственно-этиче­ское развитие, формирование социаль­ной (социально-ролевой, гражданской, гендерной) и личностной идентичности, и эмоционально-личностное развитие молодого человека (Бочаров, 2008; Маке­ева С.А., Макеева А.А., 2017).

Использование кинематографическо­го воздействия является наиболее адек­ватной формой работы с молодежной возрастной группой, так как отвечает акту­альной задаче развития молодежи – самопознанию и саморазвитию. Активизирую­щее воздействие кинематографа основано на возможности трансляции молодому че­ловеку социокультурного опыта и лич­ностных смыслов, создания условий вну­треннего диалога. В исследовании Т.М. Батула показано влияние дискурса кине­матографа на идентичность. По мнению автора, кино создает условия для усвоения представлений о культурных и идеологи­ческих конструктах, причем транслируе­мое содержание воспринимается зрите­лем как естественное и адекватное (Batool, 2010). В условиях специально организо­ванной процедуры кинотренинга, которая предполагает использование киносредств, заранее подобранных с учетом наиболее значимых для участников тренинга лич­ных жизненных проблем, и дальнейшего их обсуждения удается существенно по­высить уровень эмпатии молодых людей (Ахмедзянова, 2011). В исследовании по­казано, что эмпатийному реагированию и повышению показателя эмпатии студен­тов-гуманитариев способствует актуализа­ция основных механизмов когнитивной, эмоциональной и поведенческой эмпа­тии: интерпретации, децентрации, иден­тификации, эмоционального заражения. Успешной оказалась и работа, направлен­ная на повышение степени толерантности по отношению к людям с ограниченными возможностями (Кожухарь, Арапов, URL: http://kinoterapia.info/arapov_koguhar/). Анализ результатов использования пси­хологического воздействия с помощью средств художественной кинематографии показал достоверные различия у испытуе­мых в оценке образа человека с особенно­стями в развитии, изменения социальной дистанции с данной группой людей, рост толерантного отношения к ним, а также тенденции к динамике эмоционального интеллекта. Раскрыты преимущества ки­нотерапии как доступного широкому кру­гу лиц, относительно не затратного и до­статочно успешного метода работы.

Убедительно доказана эффективность использования кинотерапии как метода интервенции в работе с проблемными семьями и супружескими парами. В ис­следовании М. Баллард было продемон­стрировано, что семьи, испытывающие трудности в решении задач развития при переходе на новую стадию жизненно­го цикла семьи, в силу ригидности и ог­раниченности семейных установок ока­зываются не готовы к обсуждению этих проблем с психотерапевтом. Просмотр кинофильмов инициирует обсуждение семейных проблем и конфликтов и об­легчает переход к анализу проблем соб­ственной семьи, их осознанию и поиску путей решения (Ballard, 2012; Kluge, URL: http://www.dspp.com/papers/kluge.htm).

Специальной задачей является отбор фильмов, отвечающих содержанию про­блем и индивидуально-психологическим, возрастным и личностным, в том числе этнокультурным особенностям участни­ков психотерапевтического процесса. Так, например, в исследовании особен­ностей переживания развода родителей тремя детьми предподросткового возра­ста были обнаружены нетипичные и не­ожиданные реакции в ответ на хорошо зарекомендовавшие себя в предшеству­ющей практике кинотерапии фильмы. Таким образом, и отбор фильмов, и выстраивание сценария психотерапевтиче­ской работы требует «тонкой настрой­ки» процедур и временного регламента с учетом адресности применения (Marsick, URL: https://doi.org/10.1080/154 01383.2010.527789).

В исследовании, проведенном под ру­ководством Н.Л. Карповой, была разра­ботана подробная карта психотерапев­тических паттернов, наличие которых в кинофильме делает эффективным воздействие на человека, с точки зрения же­лаемых для него изменений (Карпова и др., 2011). Используя специально по­добранные средства, исследователи осу­ществляли комплексную коррекцию девиантного поведения подростков. Ре­зультаты работы позволяют сделать за­ключение о том, что использование фильмотерапии при работе с девиантны­ми подростками позволяет достичь та­ких положительных результатов, как раз­витие их эмоциональной, когнитивной, мотивационно-потребностной, волевой, коммуникативной сфер, осознание ими внутренних конфликтов и возможных путей их решения.

Не менее широкие возможности пре­доставляет использование кинематогра­фии в решении образовательных задач. Использование кинематографа в обра­зовательных целях стало возможным практически с момента его возникнове­ния. Уже с начала прошлого века ставил­ся вопрос об образовательном и воспита­тельном значении кино. Об этом писали В. Готвальд в работе «Кинематограф – его происхождение, устройство и будущее об­щественное и научное значение» (1909 г.), Е. Самуйленко в книге «Кинематограф и его просветительская роль» (1912 г.), Е. Майрин в работе «Кинематограф в пра­ктической жизни» (1916 г.). В первой по­ловине 1930-х годов советскими психоло­гами Б.М. Тепловым и О.И. Никифоровой очень широко исследовалась роль кине­матографии в развитии детей и подрост­ков (цит. по Карпова и др., 2011).

В русле исследований теории соци­ального научения А. Бандуры было до­казано, что сюжет кинофильма может выступать для участников группы мо­делью сложных жизненных ситуаций, а в ряде случаев даже алгоритмом их разрешения. Убедительно показано, что ребенок может копировать поведение понравившегося персонажа при совокуп­ности определенных условий, а именно, когда поведение на экране демонстриру­ется как обоснованное или вознагражда­емое, когда персонаж харизматичен или привлекателен для ребенка, и если ситу­ация отражает реальную жизнь, близкую личному опыту ребенка (Bandura, 1977). Взрослый же человек, просматривая ху­дожественный фильм, узнает события, определенные жизненные ситуации, которые встречались в его собственной жизни, что открывает для него новые воз­можности разрешения сложных жизнен­ных ситуаций.

С позиции культурно-исторического подхода становится возможным говорить о том, что не столько само художествен­ное произведение, сколько его обсужде­ние стимулирует собственную актив­ность участников работы. В отличие от пассивного восприятия содержания лек­ции, переживания, вызванные просмо­тром художественного произведения, и их последующее обсуждение обеспечивают личностную включенность зрителя, что находит отражение в успешном ус­воении тех идей и положений, которые заданы контентом произведения. Так, использование кинематографического воздействия и его последующего обсу­ждения при подготовке к родительству женщин, ожидающих рождения ребен­ка, показало его высокую эффективность в работе по формированию позиции ма­тери, по сравнению с традиционной лек­ционной формой работы (Захарова, Дол­гих, 2018). Просмотр художественного фильма позволяет направить внимание аудитории на обсуждение актуальных проблем предстоящего материнства. На­ибольший отклик аудитории встретили такие темы, как специфика материнской позиции, средства воспитания ребенка, изменения мотивационной направлен­ности женщины, связанное с появлени­ем ребенка, возможность возникновения ценностного конфликта. Это свидетель­ствует об актуальности данных тем для современной женщины. В ходе обсу­ждения специально подобранных ки­нофильмов были обнаружены установ­ки женщин по отношению материнству, не совпадающие с декларируемыми ими установками, выявленными в ходе пред­варительного опроса. Это свидетельст­вует о том, что задействованный в ки­нотерапии механизм психологической проекции позволяет получить более до­стоверную информацию, по сравнению с получаемой посредством опроса, где ска­зывается влияние социальной желатель­ности. Важнейшим результатом работы можно считать осознание участница­ми исследования (30%) противоречиво­сти установок по отношению материнст­ва, выявленных и объективированных в ходе группового обсуждения и деклари­руемых ими в предварительном опросе. Таким образом, преимуществом обуче­ния с использованием метода киноте­рапии является возможность актуализи­ровать латентные установки личности, препятствующие присвоению содержа­ния, заложив основу их последующей трансформации.

На основании анализа психологиче­ской практики использования средств художественной кинематографии как метода психологического воздействия можно сделать следующие выводы. Хотя метод кинотерапии успешно зарекомен­довал себя в решении психотерапевтиче­ских, развивающих, образовательных за­дач, однако психологические механизмы его воздействия исследованы недостаточ­но глубоко, а возможности кинотерапии в развитии личностного потенциала чело­века используются далеко не полно.

Перспективы развития данного мето­да связаны с разработкой проективных методов исследования неосознаваемых имплицитных установок личности, что позволит повысить эффективность диагностической работы, а также с раз­работкой квази-формирующих техник психологического воздействия на цен­ностно-смысловую сферу человека на основе активизации его личностного потенциала и учета актуальных задач развития каждой возрастной группы.

Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ (проект № 18- 013-01213 «Роль художественной кинематографии в формировании установки на реализацию родительской деятельности и образа эффективного родительства у современной молодежи»)

Литература:

Ахмедзянова А.Э. Актуализация эмпатии личности средствами кинотренинга: на примере студентов гуманитарного профиля: диссертация ... кандидата психологических наук. – Казань, 2011. – 157 с.

Березин С.В. Кинотерапия и кинотренинг: практическое пособие для психологов и социальных работников. – Самара, 2003. – 112 с.

Бочаров А.К. Разработка кинотерапевтического тренинга, направленного на психологическую помощь подросткам в процессе самоопределения // Психологические исследования : сборник науч. трудов. Выпуск 6. – Самара: Универс групп, 2008. – С. 316–322.

Бурно М.Е. Терапия творческим самовыражением. – Москва: Медицина, 1989.

Выготский Л.С. Психология искусства. – Москва: Лабиринт, 2010. – 352с.

Дмитриева В.А., Одинцова В.В., Намди Д.М. Психология кино: учебно-методическое пособие. – Санкт-Петербург: СПбГУ, 2016.

Захарова Е.И., Долгих А.Г. Использование средств художественной кинематографии в подготовке беременных женщин к материнству // XXIV Всероссийский конгресс с международным участием «Амбулаторно-поликлиническая помощь в эпицентре женского здоровья» : сборник тезисов / под ред. Г.Т. Сухих, В.Н. Прилепской. – Москва, 2018. – 124 с.

Карабанова О.А. Игра в коррекции психического развития ребенка. – Москва: Роспедагентство, 1977.

Карабанова О.А. Детско-родительские отношения как фактор профессионального самоопределения личности в подростковом и юношеском возрасте. // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. – 2016. – №3. – С. 54–62.

Карпова Н.Л., Данина Н.В., Кисельникова А.И., Шувиков А.И. Психологический, педагогический и психотерапевтический аспекты воздействия кино на зрителя // Вопросы психологии. – 2011. – № 4. – С. 87–97.

Кожухарь Г.С., Арапов В.И. Влияние просмотра кинофильма на отношение старшеклассников к людям с особенностями физического развития [Электронный ресурс] // Кинотерапия и кинотренинг : [сайт]. URL : http://kinoterapia.info/arapov_koguhar/ – (дата обращения 06.05.2018).

Корбут К.П. Психоанализ о кино и кино о психоанализе [Электронный ресурс] // Журнал практической психологии и психоанализа. – 2005. – № 2. : [сайт]. URL : http://psychol.ras.ru/ippp_pfr – (дата обращения 06.05.2018).

Крупник Е. П. Психологическое воздействие искусства. – Москва : Институт психологии РАН, 1999. – 240 с.

Макеева С.А., Макеева А.А. Киноискусство как средство арт-терапии при работе с детьми // Молодой ученый. – 2017. – №1.1. – С. 76–78.

Менегетти А. Онтопсихологическая синемалогия. – Санкт-Петербург : Онтопсихология, 2014. – 563 с.

Менегетти А. Мир образов. – Санкт-Петербург : Онтопсихология, 2014. – 100 с.

Менегетти А. Кино, театр, бессознательное. Т. 1. – Москва : Онтопсихология, 2001. – 384 с.

Пензин С.Н. Кино и эстетическое воспитание: методологические проблемы. – Воронеж, 2003. – 176 с.

Плескачевская А.А. Кинотренинг и сфера его применения // Психологическая газета. – 1998. – № 8(35) – № 9(36).

Павлова Е.Н. Описание метода кинотерапии, анализ использования в практике психологического консультирования и коучинга, особенности применения и эффекты [Электронный ресурс] // Кинотерапия и кинотренинг : [сайт]. URL: https://kinoterapiya.ru/method. – (дата обращения 06.05.2018).

Психологическое консультирование: практическое пособие для вузов / Е.П. Кораблина, И.А. Акиндинова, А.А. Баканова, А.М. Родина; под ред. Е.П. Кораблиной. – Москва : Юрайт, 2017. – 323 с.

Прокофьева Н. Кинотерапия как инструмент личностного развития [Электронный ресурс] // Кинотерапия и кинотренинг : [сайт]. URL: http://kinoterapia.info/theoretics-cinematherapy/method-of-kinoterapia/ – (дата обращения 06.05.2018).

Червинский А. Как хорошо продать хороший сценарий [Электронный ресурс] // Кинодраматург : [сайт]. URL: https://kinodramaturg.ru/a-chervinskij-kak-xorosho-prodat-xoroshij-scenarij/ – (дата обращения 06.05.2018).

Эльячефф К., Эйниш Н. Дочки-матери: Третий лишний? – Москва : Ин-т общегум. исслед., 2011. – 448 с.

Юнтунен О. Как выбрать фильм для проведения сеанса кинотерапии/кинотренинга. [Электронный ресурс] // Кинотерапия и кинотренинг : [сайт]. URL: http://kinoterapia.info/psychoanalysis-of-film/kak-vybrat-film-dla-kinoterapii/ – (дата обращения 06.05.2018).

Ballard, M.B. (2012) The Family Life Cycle and Critical Transitions: Utilizing Cinematherapy to Facilitate Understanding and Increase Communication. Journal of Creativity in Mental Health. 7(2), 212–219. doi: 10.1080/15401383.2012.685004

Bandura, A. (1977) Social Learning Theory. Englewood Cliffs. N: Prentice Hall.

Batool, T.M. (2010) Creation of ideology through the language of cinema: a feminist study of media education. Procedia – Soc. and Behav. Scien, 2(2), 4592–4596.

Bayanova L.F., Chulyukin K.S. (2018). The impact of cultural congruence on the creative thinking of primary school children. Psychology in Russia: State of the Art, 11 (1), 61–70. doi: 10.11621/pir.2018.0105

Berg, B. (1999) Film Theory, Psychoanalysis and Figuration: On Endless Night: Cinema and Psychoanalysis, Parallel Histories.. Retrieved from: http://www.uspress.edu/books/pages/6945.html. (accessed May 6, 2018).

Bierman, J.S. (2003) Group Cinematherapy as a Treatment Modality for Adolescent Girls. Residential Treatment For Children & Youth. 21(1), 1–15. 10.1300/J007v21n01_01

Budyakova T. P. (2017). Psychological and legal aspects of the offensiveness of male and female cartoons and collages. Psychology in Russia: State of the Art, 10(2), 149–164. doi: 10.11621/pir.2017.0210

Dermer, S.B. et al. (2000) Utilizing Movies in Family Therapy: Applications for Individuals, Couples, and Families. The American Journal of Family Therapy, 28(2), 163–180. doi: 10.1080/019261800261734

Deyneka O.S., Isaeva E.R. (2017). Adaptation resources in subjects with social and psychosomatic disadaptation: a comparative analysis. Psychology in Russia: State of the Art, 10(1), 130–144. doi: 10.11621/pir.2017.0110

Gabbard, G.O. (2001) Psychoanalysis and Film, an Introduction. International Journal of Psychoanalysis. Key Papers Series, London and New York.

Kluge, D. (1999) Psychoanalysis and Film. Retrieved from: http://www.dspp.com/papers/kluge.htm. (accessed May 6, 2018).

Kramer, E. (1958) Art Therapy in a Childrens Community. Sprinfield. I11.Thomas.

Kramer, E. (1990) Positive Endings in Psychotherapy. San-Fancisco, Jossey-Bass.

Marsick, E. Film Selection in a Cinematherapy Intervention With Preadolescents Experiencing Parental Divorce. Journal of Creativity in Mental Health, 5(201), 374–388. Retrieved from: https://doi.org/10.1080/15401383.2010.527789. (accessed May 6, 2018). doi: 10.1080/15401383.2010.527789

Naumburg, M. (1958) Art Therapy: Its Scope and Function. In E.F.Hammer (ed.) Clinical Application of projective Drawings. Springfield. I11: Thomas.

Naumburg, M. (1966) Dinamically Oriented Art Therapy: Its Principles and Practicies. New York: Grune and Stratton.

Puchkova E.B., Sukhovershina Yu.V., Temnova L.V. (2017). A study of Generation Z’s involvement in virtual reality. Psychology in Russia: State of the Art, 10(4), 134–143. doi: 10.11621/pir.2017.0412

Sharp, C., Smith, J.V. & Cole, A. (2010) Cinematherapy: Metaphorically promoting therapeutic change, 269–276. Retrieved from: https://doi.org/10.1080/09515070210140221. (accessed May 6, 2018). doi: 10.1080/09515070210140221

Velichkovsky B.M. (2017). Cognitive science: The art and its implications. Psychology in Russia: State of the Art, 10 (3), 2–7. doi: 10.11621/pir.2017.0300

Для цитирования статьи:

Захарова Е.И. , Карабанова О.А. Кинотерапия: современный взгляд на возможности применения // Национальный психологический журнал. – 2018. – №2(30). – С. 57–65

Zakharova E.I., Karabanova O.A. (2018) A modern view of how to apply film therapy. National Psychological Journal, 11(2), 57–65

О журнале Редакция Номера Авторы Для авторов Индексирование Контакты
Национальный психологический журнал, 2006 - 2018
CC BY-NC

Все права защищены. Использование графической и текстовой информации разрешается только с письменного согласия руководства МГУ имени М.В. Ломоносова.

Дизайн сайта | Веб-мастер