ISSN 2079-6617 (Print)
ISSN 2309-9828 (Online)
Ru | En
РПО
Факультет психологии МГУ имени М.В. Ломоносова
Главная RSS Поиск
Приглашение к публикации

ГлавнаяВсе статьи журналаНомера

Битюцкая Е.В., Баханова Е.А., Корнеев А.А. Моделирование процесса совладания с трудной жизненной ситуацией. // Национальный психологический журнал. – 2015. – № 2(18). – С. 41-55.

Автор(ы): Битюцкая Е. В. ; Баханова Елена Александровна; Корнеев А. А.;

Аннотация

Статья посвящена психологическому анализу процесса совладания с трудной жизненной ситуацией, которая воспринимается как безвыходная. Представлены результаты эмпирического исследования, выполненного на выборке, состоящей из 736 взрослых испытуемых. На основании первичного качественного анализа описаний трудных жизненных ситуаций выделены наиболее существенные признаки субъективной безвыходности. К ним относятся неподконтрольность и непонятность ситуации, отрицательные эмоции, актуализация избегания и отсутствие усилий, направленных на изменение положения. Операционализация этих признаков открыла возможность для построения моделей. Использовались два вида моделирования: структурное и имитационное. С помощью путевого анализа проверены связи между компонентами безвыходности. Показано, что предложенная модель достаточно хорошо соответствует полученным эмпирическим данным. Субъективная безвыходность представлена как комплекс взаимосвязанных и последовательных оценок, эмоциональных переживаний, способов реагирования. Посредством метода системной динамики проанализировано протекание процесса переживания безвыходности, которое характеризуется цикличностью, воспроизводимостью, ухудшением существующего положения. Итоговая модель описывает причины усиления субъективной безвыходности и факторы, способствующие выходу из проблемной ситуации.

Страницы: 41-55
Поступила: 24.07.2015
Принята к публикации: 16.08.2015
DOI: 10.11621/npj.2015.0205

Разделы журнала: Психология личности;

Ключевые слова: трудная жизненная ситуация; субъективная безвыходность; копинг; когнитивная оценка; когнитивные модели; путевой анализ; системная динамика;

PDF: /pdf/npj-no18-2015/npj_no18_2015_41-55.pdf

Доступно в on-line версии с 30.08.2015

Область совладания с трудными жизненными ситуациями (ТЖС) в настоящее время интенсив­но развивается. В большой степени это связано с востребованностью таких ис­следований в психологической практи­ке (консультирование, психотерапия, управление организациями, психология чрезвычайных ситуаций и др.), а также в медицине, социологии и других науках. Данные, представленные в психологиче­ских работах, свидетельствуют о том, что копинг – это сложный феномен, ко­торый связан как с ситуационными особенностями: содержанием, длительно­стью, стадиями развития события, так и с личностными факторами, влияющими на оценку стресса (Folkman, Moskowitz, 2004; Hudek-Knezevic, Kardum, 2000; Wethington, Kessler, 1991.). При анализе ситуаций, которые требуют преодоле­ния, наиболее часто в фокусе внимания ученых оказываются отдельные пара­метры: неподконтрольность, неопреде­ленность, стрессогенность, значимость (Анцыферова, 1994; Белинская, 2014; Бо­дров, 2006; Корнилова, 2015).

Отметим, что копинг, переживание ТЖС развернуты во времени, не статич­ны по структуре, т.е. являются процес­сами. Изучая такие явления, важно учи­тывать, с одной стороны, сложность и нелинейность их внутренней струк­туры, а с другой – их динамическую природу[1]. Как правило, исследователи анализируют корреляционные связи от­дельных личностных или ситуационных характеристик и стратегий совладания, а также изучают механизмы копинга и его детерминации с помощью структур­ного моделирования, что не позволя­ет описать особенности функционирования процесса. Моделирование таких процессов – мало разработанная область в психологии. Поэтому, несмотря на то, что идея динамики копинга была подтверждена еще в 1980-е годы (Lazarus, Folkman, 1984; Folkman, Lazarus, 1985; Folkman et al., 1986), главными достижениями этого подхода являются данные об эффективности копинга при определен­ных оценках ситуации, стрессорах раз­ного содержания и в разных культурных контекстах (Folkman, Moskowitz, 2004). Само развитие процесса совладания с ТЖС редко становится предметом научных исследований.

Нам представляется перспективным применить к данному направлению си­стемный подход. В понимании Б.Ф. Ло­мова при таком подходе психологиче­ская реальность рассматривается как совокупность взаимосвязанных систем, элементами которых являются различ­ные психологические механизмы и феномены (Ломов, 1975). Важной осо­бенностью систем в контексте нашего исследования является их пластичность: соотношения, взаимосвязи между элементами системы, которые постоянно находятся в процессе изменения, что отражает динамическую природу самой психики (Барабанщиков, 2007).

Эффективным инструментом изуче­ния систем является имитационное мо­делирование (Зинченко, 2011; Кавта­радзе, 2014; Карпов, 2006; Каталевский, 2011). Так, применение данного метода для анализа экстремальных ситуаций по­зволяет описать феномен безопасности как динамическую систему, определить приоритеты деятельности в этой обла­сти и принимать обоснованные решения (Зинченко, 2011). С помощью имитаци­онного моделирования становится так­же возможным анализ прикладных задач, например, выделение факторов, позволя­ющих предотвратить выгорание работ­ ников (Homer, 1985), определение причин усиления стресса и способов его преодоления (Morris et al., 2010). На наш взгляд, системный подход при разра­ботке проблемы совладания с ТЖС дает возможность рассмотреть его как сово­купность когнитивных, эмоциональных, поведенческих и мотивационных эле­ментов. Одно из направлений имитационного моделирования – системная ди­намика – позволяет проанализировать связи этих компонентов и изменения системы во времени. Созданная модель становится «инструментом понимания» (Кавтарадзе, 2014) взаимодействия чело­века с ТЖС и способов управления динамикой этого процесса.

Один из типов переживания ТЖС, вы­явленный авторами при анализе эмпи­рического материала, связан с воспри­нимаемой безвыходностью ситуации. При этом человек «застревает» в неблагоприятном положении на определен­ный период времени. Для репрезентации безвыходности была создана системно- динамическая модель[2], отражающая со­вокупность оценок, эмоций и способов копинга в развитии. Первый вариант мо­дели представлен в работе Бахановой и Битюцкой (Баханова, 2015). На следую­щем этапе проведена операционализа­ция элементов (Битюцкая, 2014). В на­стоящей статье представлены результаты завершающего исследования по разра­ботке модели: мы уточнили и подтверди­ли каузальные связи элементов с помо­щью путевого анализа, а затем описали процесс взаимодействия человека с ситу­ацией посредством применения метода системной динамики.

Определение ключевых понятий

Трудная жизненная ситуация. Мы исхо­дим из понимания ТЖС как субъективной ситуации. При этом большое значение приобретает активность субъекта: человек не просто оказывается в условиях среды, но и сам их создает – как в сознании, кон­струируя картину ситуации, так и в дейст­вительности, преобразуя условия. Данная традиция психологического изучения си­туаций заложена в работах Л.С. Выготско­го, К. Левина, А.Н. Леонтьева, Б.Ф. Ломова, В.А. Петровского, Ф.Е. Василюка и др. Для нас значимы субъективные факторы: вос­приятие, переживание, оценивание ситуа­ции субъектом. Мы изучаем не объектив­но, а субъективно трудные ситуации. Это означает, что выход и разрешение труд­ной задачи могут быть объективно воз­можны, однако человек воспринимает ус­ловия как безвыходные.

Результаты ряда эмпирических иссле­дований дали возможность определить субъективную трудность как комплексную характеристику ситуации, включающую, в частности, оценки степени ее подкон­трольности, понятности, прогнозируемо­сти, соизмерение возможностей субъекта с условиями. Одной из ключевых характеристик трудности ситуации является необходимость высоких затрат усилий и ресурсов (Битюцкая, 2007, 2013а). Это со­гласуется с определением стрессовой си­туации как предъявляющей высокие требования к человеку, вынуждающей его затрачивать ресурсы на преодоление (Ле­онтьев, 2010, С. 41; Lazarus, Folkman, 1984). В то же время, имеется и отличие: в пер­вом определении трудности большое значение приобретает аспект необходимости приложения усилий. На что будут направ­лены эти усилия (на изменение ситуации или своего состояния, уход от ситуации, поиск социальной поддержки и др.) связа­но с использованием тех или иных спосо­бов копинга.

Копинг. В данном исследовании мы опираемся на динамический или контек­стный подход Р. Лазаруса и С. Фолкман (Lazarus, Folkman, 1984; Folkman et al., 1986; Folkman, Moskowitz, 2004). Копинг пони­мается как процесс, который изменяется со временем и в разных по содержанию ситуационных контекстах; как когнитив­ные и поведенческие усилия, направлен­ные на управление ситуацией, ее приня­тие или избегание. Важным фактором динамики копинга является когнитивное оценивание стресса, которое основывает­ся на «категоризации внешних воздейст­вий в связи с их значением для благопо­лучия» субъекта (Lazarus, Folkman, 1984, p. 31). Авторы подчеркивают, что изучение процесса совладания предполагает:

  • а) учет контекста определенного стрес­сового события;

  • б) выявление того, что фактически дела­ет человек в противоположность тому, что он делает обычно;

  • в) исследование динамики копинга во времени, по мере развития события (Folkman, Lazarus, 1985, p. 156).

На основании вышеизложенного представляется интересным проанали­зировать субъективную безвыходность ТЖС как динамический процесс, выде­лить предполагаемые механизмы ее возникновения и протекания. Исходя из этого, целями настоящей работы явля­ются:

  1. Описание воспринимаемой безвы­ходности ТЖС как совокупности оце­нок, эмоций, способов копинга.

  2. Создание модели субъективной безвы­ходности, репрезентирующей ее ос­новные элементы, их связи и динамику развития процесса.

Выборка. В исследовании приняли участие 736 человек в возрасте от 16 до 55 лет (499 женщин и 237 мужчин), жи­тели разных городов России. В качестве материала взяты 736 ТЖС, проанализированных респондентами по трем опро­сным методикам, а также 111 рисунков, относящихся к случаям описания безвыходной ситуации.

Методики

Для сбора данных использовались следующие методики.

Когнитивное оценивание ТЖС (Би­тюцкая, 2007, 2013а,б). Методика состоит из двух частей. В первой части респон­денту предлагается сформулировать ак­туальные для него ситуации, которые он воспринимает как трудные. Затем ему надо выбрать и более подробно описать, отвечая на вопросы методики структурированного описания ситуации (даны ниже), одну из перечисленных ТЖС. Вто­рая часть состоит из 34-х утверждений, по которым респондент оценивает опи­санную ситуацию, используя шкалу от 0 до 6 баллов. Данный инструмент дает воз­можность изучить оценки ситуации по следующим шкалам, операционализиру­ющим критерии трудности:

  1. общие признаки трудных жизненных ситуаций;

  2. неподконтрольность ситуации;

  3. непонятность ситуации;

  4. необходимость быстрого, активного реагирования;

  5. затруднения в принятии решения;

  6. трудности прогнозирования ситуации;

  7. сильные эмоции;

  8. угроза будущему.

При получении по какой-либо шкале среднего балла, равного или большего 4-х, ситуация может считаться трудной по соответствующему параметру.

Факторная структура методики про­верена с помощью конфирматорного факторного анализа (N=736). Получены следующие результаты соответствия мо­дели данным: квадратичная усредненная ошибка аппроксимации RMSEA=0.044; значение критерия согласия моде­ли CFI=0.910 [3]; значение хи-квадрат χ2=912.899 (количество степеней сво­боды df=378).

Опросник способов копинга (ОСК) – это адаптация методики С. Фолкман и Р. Лазаруса “Ways of Coping Questionnaire” (Битюцкая, 2014б). Данная ме­тодика разработана с опорой на динамический подход авторов и направлена на измерение способов, используемых человеком для преодоления актуальных жизненных трудностей. Опросник при­менялся для диагностики способов сов­ладания с описанной респондентом ТЖС по следующим шкалам:

  1. планомерное решение проблемы;

  2. обращение за поддержкой к социаль­ному окружению;

  3. положительная переоценка;

  4. противостояние;

  5. самоконтроль;

  6. самообвинение;

  7. фантазирование и надежда на внеш­ние силы;

  8. дистанцирование;

  9. уход, избегание.

Для данного исследования важно, что ОСК позволяет диагностировать усилия, направленные на анализ ситуации и ее изменение (шкала 1), а также на попытки ухода от ситуации – избегание (шкалы 7 и 9). Факторная структура ОСК под­тверждена результатами конфирма­торного факторного анализа (N=727): RMSEA=0.047; CFI=0.89; χ2 =2634; df=1011.

Методика структурированного опи­сания ситуации предполагает анализ ре­спондентом трудной ситуации в виде от­ветов на следующие вопросы:

  1. Каковы ваши цели в этой ситуации? Опишите правила, роли, сценарий.

  2. Как вы ее воспринимаете, оцениваете, переживаете, преодолеваете (что по­могает вам преодолеть ситуацию или свое состояние)?

  3. Если все сложится очень плохо, что это будет (максимальный неуспех)?

  4. Опишите, что для вас будет макси­мально успешным выходом, разреше­нием ситуации.

Данные, полученные с помощью этой методики (далее в тексте – описания си­туации), обрабатываются с помощью ка­чественного анализа (Битюцкая, 2013). Результаты можно использовать как при анализе индивидуального случая, так и для обобщения – выделения категорий, об­щих для респондентов, входящих в опре­деленную выборку.

Таким образом, три опросные мето­дики обращены к субъективному опыту человека и направлены на анализ акту­ально переживаемой ТЖС.

Дополнительно были использованы графические методики. После запол­нения опросных методик испытуемым предлагали изобразить свою ТЖС в виде схемы или рисунка (Битюцкая, 2013). После завершения рисунка респонден­та просили написать пояснения к нему.

Для статистической обработки дан­ных использовались корреляционный анализ с применением коэффициента Пирсона, путевой анализ. Расчеты пу­тевой модели проводились с помощью статистического пакета EQS (версия 6.1). Для разработки причинно-следственной диаграммы был применен метод системной динамики.

Исследование проводилось в три этапа, основными результатами которых были:

  1. признаки (элементы) субъективной безвыходности, ставшие основанием для формулирования гипотезы второ­го этапа;

  2. путевая модель, с помощью которой можно статистически оценить пред­полагаемые связи компонентов для разработки причинно-следственной диаграммы на третьем этапе;

  3. системно-динамическая модель, отра­жающая не только элементы и связи, но и протекание процесса пережива­ния безвыходности во времени.

Первый (предварительный) этап

На предварительном этапе исследова­ния, анализируя качественные данные[4], мы выделили один из типов восприятия и переживания ТЖС, когда человек сооб­щает о безвыходности (безысходности) своего положения или о том, что не мо­жет найти выход, находится в «тупике». По содержанию эти ситуации относят­ся к разным сферам: угроза жизни и здо­ровью (близких людей и собственному); напряженные отношения со значимыми людьми; профессиональные, учебные, внутриличностные трудности и др. Одна­ко все обозначенные ТЖС имеют ряд об­щих характеристик.

Было выявлено, что ТЖС, которые определяются респондентами как без­выходные, характеризуются следующи­ми признаками[5]:

  1. Оценка ситуации как неподконтроль­ной и непонятной, а своих ресурсов и сил – как недостаточных для преодо­ления трудности.

  2. Отрицательные эмоциональные пере­живания. Чаще всего респонденты на­зывали сильные эмоции: страх, гнев, злость, панику, агрессию, обиду, трево­гу, отчаяние, безнадежность, тоску. В то же время, в описаниях имели место опу­стошенность, истощение, безразличие к происходящему, что характеризует эмоциональное выгорание.

  3. Реагирование, копинг: а) избегание, уход от ситуации; б) бездействие, отсут­ствие усилий, направленных на изме­ нение ситуации. Отличие выделенных способов реагирования объясняется направленностью усилий. При избегании копинг направлен на уход от ситуации (переключение на другие виды актив­ности, фантазирование и пр.). Бездейст­вие здесь означает отсутствие проблем­но-фокусированного совладания.

  4. Динамика процесса переживания без­выходности: цикличность («заци­кливание», «хождение/бег по замкну­тому кругу»), воспроизводимость (повторяемость одних и тех же дейст­вий, событий), ощущение бесконечно­сти, «застревание» в ситуации, усиление, ухудшение положения. Наиболее содер­жательно и подробно динамику пере­живания отражали рисунки и поясне­ния к ним.

При изображении безвыходной си­туации в рисунках наиболее часто пред­ставлены замкнутые пространства и клет­ки-«ловушки», из которых невозможно выбраться, лабиринты без выхода, кру­говое движение (зачастую обозначен­ное стрелками), «бесконечные» спирали, непреодолимые преграды и стены, закры­тые глаза персонажа либо его бездействие.

Второй этап

Задачей второго этапа исследования был статистический анализ факторов, определяющих восприятие трудной си­туации как безвыходной, и их связей. На основании результатов предваритель­ного этапа мы сформулировали следую­щую гипотезу. Субъективную безвыход­ность определяет комплекс факторов: оценка ситуации как непонятной и не­подконтрольной, переживание сильных отрицательных эмоций, актуализация стратегий избегания при отсутствии про­блемно-фокусированного (планомерно­го) копинга. Они могут оказывать как непосредственное, так и опосредованное влияние на воспринимаемую безвыход­ность. Данную гипотезу мы проверяли с помощью разновидности структурного моделирования – путевого анализа.

Путевой анализ

Метод путевого анализа направлен на оценку структуры связей наблюдаемых пе­ременных. В рамках этой статистической процедуры можно выявить не только кор­реляции, но и направленные причинно- следственные связи, выделив независимые переменные (предикторы) и зависимые переменные (Pedhazure, 1982). Зависимые и независимые переменные определяются внематематическими и внестатистически­ми соображениями. Структурное модели­рование, как и любой другой существую­щий на данный момент статистический метод, сам по себе не позволяет выявить направление связей между переменными. Это направление обосновывается исследователем при построении эксперимен­та с помощью теоретических конструктов и результатов предшествующих научных работ. Статистический аппарат способен только проверить соответствие модели эмпирическим данным. Применение пу­тевого анализа в настоящем исследова­нии представляется целесообразным, так как нашей задачей является проверка влияний и связей между наблюдаемыми пере­менными.

Операционализация гипотезы. Переменные

В соответствии с представленным выше описанием феномена безвыходно­сти, мы отобрали следующие переменные, вошедшие в путевую модель.

  1. Неподконтрольность (операционали­зирует субъективную оценку непод­контрольности ситуации) – показатели соответствующей шкалы методики «Ког­нитивное оценивание ТЖС». α= ,765 (здесь и далее α – коэффициент вну­тренней согласованности шкалы альфа Кронбаха для обследованной выборки).

  2. Непонятность (оценка непонятности ситуации) – по соответствующей шка­ле методики «Когнитивное оценива­ние ТЖС». α= ,785.

  3. Сильные эмоции (оценка силы эмо­ций) – по шкале методики «Когнитив­ное оценивание ТЖС». α= ,720.

  4. Отвлечение (выраженность одного из способов избегания) – показатели по шкале уход, избегание, измеряемой ОСК. α= ,537.

  5. Фантазирование и надежда на внеш­ние силы (выраженность соответству­ющего способа), по ОСК. α= ,723.

  6. Планомерное решение проблемы (ис­пользование соответствующего спо­соба копинга), по ОСК. α= ,702.

  7. В качестве основного показателя труд­ной ситуации взяты баллы испытуе­мых по пункту методики «Когнитивное оценивание ТЖС»: «Я не могу найти выход из ситуации[6]». Во всех случаях, содержащих описания безвыходности (N=130, материал первого этапа исследования), по данному вопросу был выявлен высокий балл (4-6).

Путевая модель субъективной безвыходности трудной ситуации

Выбор перечисленных переменных позволил построить путевую модель (см. рисунок 1). На субъективную безвыход­ность оказывают непосредственное вли­яние четыре компонента:


Рисунок 1. Путевая модель субъективной безвыходности трудной жизненной ситуации.

  1. оценка ситуации как непонятной;

  2. выраженность способов избегания: отвлечение;

  3. фантазирование и надежда на внеш­ние силы;

  4. использование планомерного реше­ния проблемы (отрицательно влияет).

В свою очередь, на выраженность стратегии отвлечение оказывает влия­ние переживание сильных эмоций. Акту­ализацию фантазирования определяют оценка ситуации как неподконтрольной и сильные эмоции. На выраженность планомерного решения проблемы от­рицательное влияние оказывает уровень неподконтрольности ситуации. Корре­ляционная матрица используемых в мо­дели параметров приведена в таблице 1.


Переменные

Неподконтрольность ситуации

Непонятность си­туации

Сильные эмоции

Фантазирование и надежда на внеш­ние силы

Отвлечение

Планомерное решение проблемы

Непонятность ситуации

,497**

Сильные эмоции

,398**

,445**

Фантазирова­ние и надежда на внешние силы

,318**

,338**

,451**

Отвлечение

,247**

,246**

,416**

,461**

Планомерное решение проблемы

-344**

-143**

-,100**

-,088*

-,068

Субъективная безвыход­ность ситуации

,404**

,555**

,395**

,327**

,278**

-190**

Примечания: ** - корреляция значима на уровне р< 0.01; * - корреляция значима на уровне p<0.05.

Таблица 1. Коэффициенты корреляций между включенными в модель переменными (по Пирсону).

Результаты путевого анализа пред­ставлены на рисунке 1: изображены пе­ременные и их связи (двусторонние и направленные), на стрелках даны со­ответствующие путевые коэффициенты. Звездочками (*) помечены значимые на уровне p<0.05 коэффициенты. Указаны ошибки модели (E4-E7).

Получены следующие показатели каче­ства модели: коэффициент среднеквадра­тичной ошибки аппроксимации RMSEA = 0.044 (доверительный интервал: 0.019– 0.069), критерий относительного согласия модели CFI = 0.991; значение хи-квадрат χ2 = 19.443 (количество степеней свободы df=8). Таким образом, результаты анализа показывают соответствие представленной путевой модели эмпирическим данным.

Анализ результатов

Рассмотрим путевую модель и пред­ложим ее интерпретацию. Из рисунка 1 видно, что на воспринимаемую без­выходность значимо влияет непонят­ность. Это означает, что ощущение безвыходности возникает, когда человек не может понять ситуацию, разобраться в ней, предвидеть исход, а также оцени­вает свои знания и опыт как недостаточ­ные для преодоления сложившегося по­ложения.

Неподконтрольность ситуации ока­зывает достаточно сильное отрицатель­ное влияние на использование плано­мерного решения проблемы, а также значимое положительное влияние – на выраженность фантазирования и над­ежды на внешние силы. При восприя­тии положения как не зависящего от собственных действий, не поддающего­ся контролю, а своих усилий – как недостаточных для изменения ситуации, че­ловек отказывается от анализа условий, поиска решения, планирования спо­собов выхода, а также активных действий. При этом усиливается вероятность возникновения мечты, надежды на чудо, судьбу, Бога.

Сильные эмоции, в свою очередь, ока­зывают выраженное влияние на актуали­зацию обеих стратегий избегания. Это говорит о том, что с усилением отрица­тельных эмоций и напряжения возрастает интенсивность отвлечения и фантазиро­вания, надежды на внешние силы. Дан­ный результат был ожидаемым: психоло­гическая защита – это механизм, который «срабатывает», когда события вызывают сильные эмоциональные реакции.

Путевой анализ подтвердил значимые корреляции между тремя независимыми переменными – неподконтрольностью, непонятностью и сильными эмоциями, что свидетельствует о связи соответству­ющих оценок трудной ситуации и собст­венного состояния субъекта.

Выявлены следующие детерминаци­онные связи способов копинга с без­выходностью. На воспринимаемую безвыходность оказывает значимое по­ложительное влияние наличие фантазирования и надежды на внешние силы. Влияние планомерного копинга оказа­лось слабо отрицательным, но, тем не менее, значимым. При этом, мы не полу­чили значимого влияния стратегии от­влечение. Рассмотрим первую из этих связей. Чем больше человек фантазирует и надеется на внешние силы (например, что произойдет чудо), тем более выра­жена оценка ситуации как безвыходной. Вместе с тем следует отметить наличие значимой отрицательной корреляции ошибок Е4-Е6 в модели. Это может озна­чать, что, помимо наблюдаемого положительного влияния фантазирования на субъективную безвыходность, существу­ет отрицательная связь между этими дву­мя переменными (т.е. чем меньше фанта­зирование, тем больше безвыходность). Эта корреляция может быть обусловлена факторами, которые не вошли в нашу мо­дель. Для объяснения данного результа­та мы обратились к описаниям ТЖС. Как следует из анализа субъективных отче­тов, в значительной мере этот факт мож­но объяснить изменениями восприятия ситуации и совладания с ней на разных этапах ее развития. На первых стадиях, пока проблема не представляет сильной угрозы, ее можно игнорировать, избегать посредством фантазирования, надежды на судьбу и т.п. Однако (с учетом того, что снижается выраженность планомер­ного копинга) события могут иметь не­гативные следствия, которые несут не только угрозу, но и ощутимый ущерб. Другими словами, пока человек бездей­ствует, масштаб проблемы увеличивается. Назовем этот процесс проблематизацией ситуации. При таком положении субъ­ект вынужден признать наличие серьез­ной трудности, для разрешения которой необходимо активно действовать. В этом случае получаем эффект, при котором фантазирование и надежда на внешние силы снижается, что ведет к усилению ощущения безвыходности.

Вторая выявленная тенденция прео­доления трудностей выражается следу­ющим образом: чем меньше использова­ние планомерного решения проблемы, тем более безвыходной воспринимается ситуация. С учетом описанного выше ре­зультата, можно утверждать, что, оценивая положение как неподконтрольное, человек отказывается от сосредоточе­ния на проблеме, от активных действий по ее изменению. Это ведет к усилению ощущения безвыходности.

Третья связь копинга и безвыходно­сти относится к отвлечению. Согласно полученным показателям, оно не детер­минирует восприятие ситуации как без­выходной, хотя между этими перемен­ными имеется значимая положительная корреляция (см. таблицу 1). Мы пола­гаем, что такой результат можно объя­снить следующим образом. Шкала ОСК уход, избегание объединяет разнород­ные способы отвлечения: от попыток улучшения состояния с помощью еды, алкоголя, наркотиков, курения до пе­реключения на другие виды активно­сти (погружение в работу, физические упражнения). Если относительно ис­пользования для отвлечения алкоголя, наркотиков и т.п. в ряде исследований показано, что такие способы являются неэффективными и приводят к усугу­блению положения (Рассказова, 2011), то в отношении других способов – од­нозначного мнения нет. Так, Е. Уетин­гтон и Р. Кесслер (Wethington, Kessler, 1991) показали, что избегание повыша­ет степень «эмоционального приспо­собления» к обстоятельствам, которые нельзя изменить, или связанным с «хро­ническим» продолжительным стрессом. В.А. Бодров (2006) отмечает, что избе­гание может облегчить состояние, если играет роль перерыва, в течение которого человек набирается сил. На наш взгляд, в ряде случаев отвлечение при­носит некоторое облегчение, позволяет временно отстраниться, а затем вернуть­ся к ситуации с новым взглядом на нее, что может способствовать нахождению путей решения задачи. Таким образом, в зависимости от степени интенсивно­сти и конкретного способа отвлечения оно может либо усиливать ощущение безвыходности, либо снижать его. Поэ­тому подтвердить предположение о вли­янии данного способа копинга на субъ­ективную безвыходность нам не удалось.

Отметим также, что выявлена значимая положительная связь ошибок, относящих­ся к двум способам избегания (обозначе­ны Е4, Е5 в модели). Это означает, что пе­ременные отвлечение и фантазирование, надежда на внешние силы могут корре­лировать за счет некоторых неучтенных в модели факторов. Данный результат со­гласуется с ранее описанными фактами корреляций показателей защитных стра­тегий, (измеряемых ОСК, и его ориги­нальной версией) между собой, а также с самообвинением (Folkman et al., 1986; Битюцкая, 2014а). Если в трудной ситуа­ции актуализируется избегание, то оно за­частую проявляется в виде разных спосо­бов, сопрягаясь с самообвинением.

Таким образом, результаты путевого анализа позволяют подтвердить гипотезу о влиянии комплекса факторов (оценок, эмоций, способов копинга) на восприя­тие трудной ситуации как безвыходной. Однако эта процедура не позволяет иссле­довать и описать динамику и цикличность данного процесса. Напомним, что, сооб­щая о безвыходности ситуации, респон­денты давали следующие характеристики процесса: усиление, воспроизводимость, «бесконечность», «застревание». Для ана­лиза такой феноменологии мы примени­ли метод системной динамики.

Третий этап

На третьем этапе исследования были поставлены следующие задачи:

  1. Моделирование циклического про­цесса переживания безвыходности трудной ситуации.

  2. Анализ причин усиления этого про­цесса со временем.

  3. Выявление факторов, способствую­щих преодолению ситуации, которая воспринимается как безвыходная.

  4. Создание модели, наглядно демон­стрирующей основные элементы субъ­ективной безвыходности и связи меж­ду ними. Такая модель могла бы быть востребованной, например, при обуче­нии психологов.

Мы полагаем, что для решения пе­речисленных задач целесообразно ис­пользовать метод системной динамики.

Системная динамика

Данный метод представляет собой одно из направлений системного анали­за для изучения и описания комплексных социальных процессов (Forrester, 1994). Применение системной динамики осно­вывается на анализе причинно-следствен­ных связей между элементами, которые в совокупности формируют внутреннюю структуру системы. Целью метода являет­ся объяснение функционирования раз­личных систем в течение определенного периода времени, что дает возможность прогнозировать их дальнейшее развитие.

Преимуществом системной динами­ки является наличие возможности выя­вить не только явные, но и скрытые свя­зи, а также проанализировать наиболее значимые факторы, которые определя­ют развитие системы, и тем самым опи­сать феномен как процесс. Такой анализ дает возможность определить «рыча­ги» или критические точки, воздействие на которые позволит изменить поведение системы в желаемом направлении и управлять ее динамикой.

Результатом применения этого ме­тода является системно-динамическая модель, которая представляет собой упрощенный аналог реального объек­та, отражающий особенности функционирования входящих в него частей и их связи (Карпов, 2006). Системно-динами­ческие модели бывают двух видов:

  1. качественные (или концептуальные модели, причинно-следственные ди­аграммы), отражающие структуру мо­делируемого объекта в виде причин­но-следственных связей элементов;

  2. количественные (или имитационные модели, потоковые диаграммы), кото­рые разрабатываются с помощью ма­тематических формул и статистиче­ских данных.

При создании системно-динамиче­ской модели исследователь определя­ет ее границы, т.е. наиболее значимые элементы и связи между ними, которые характеризуют анализируемое явление с учетом задач исследования. Опреде­ление границ модели является важным этапом ее разработки, поскольку позво­ляет предупредить ситуацию перегру­женности структуры и, как следствие, снижения эффективности аналитической работы.

Качественная модель (в данной работе представлен именно этот вид) предпола­гает наличие «петель» или «кругов обрат­ной связи», которые отражают динамику развития процессов в описываемой си­стеме. Петли бывают двух видов: усили­вающие (усиливают и ускоряют процес­сы) и балансирующие (компенсируют усиление, уравновешивают систему). При этом, если система характеризуется по большей части усиливающими процес­сами, существуют пределы роста. Основные элементы концептуальных моделей представлены на рисунке 2.


Рисунок 2. Элементы качественной системно-динамической модели (Баханова, 2014[*]).

Создание причинно-следственных диаграмм основывается на результа­тах наблюдения, эмпирических данных, здравом смысле. Кроме того, структура модели может быть проверена и скор­ректирована по итогам проведения фо­кус-групп (Sterman, 2000). Полученная модель позволяет визуализировать ме­ханизм появления и развития пробле­мы, а также разработать пути ее реше­ния (Каталевский, 2011).

Таким образом, применение систем­ной динамики соответствует решению поставленных задач, так как этот метод позволяет:

  • а) смоделировать процесс с цикличе­ской динамикой;

  • б) провести научную рефлексию значи­мых факторов и их связей;

  • в) выявить «рычаги воздействия» на про­блему;

  • г) наглядно отобразить последователь­ность действий и состояний, описы­вающих изучаемое явление.

Системно-динамическая модель субъективной безвыходности трудной ситуации

При создании системно-динамиче­ской модели мы использовали следую­щие основания:

  1. описание безвыходности в субъектив­ных отчетах (результаты методики структурированного описания ситуа­ции);

  2. подтвержденные путевой моделью связи элементов;

  3. корреляции шкал методик «Когнитив­ное оценивание ТЖС» и ОСК;

  4. структуру шкал методики «Когни­тивное оценивание ТЖС»: неподкон­трольность, непонятность (содержа­ние пунктов, входящих в шкалы);

  5. определения ключевых понятий;

  6. результаты других научных исследо­ваний.

Системно-динамическая модель субъ­ективной безвыходности представлена на рисунке 3.


Рисунок 3. Системно-динамическая модель субъективной безвыходности трудной жизненной ситуации

Далее последовательно рассмотрим каждую петлю обратной связи и ее осно­вания. Усиливающие петли R1, R2 пред­ставлены на рисунке 4.


Рисунок 4. Усиливающие петли R1 и R2

R1 показывает связь неподконтроль­ности ситуации со снижением плано­мерного копинга и безвыходностью. На­чнем рассмотрение модели с элемента «трудность ситуации». Как мы указыва­ли в начале статьи, чем выше трудность ситуации, тем больше усилий и ресур­сов[7] требуется для ее преодоления. Кро­ме того, при увеличении требований си­туации человек может ощущать разницу между имеющимся объемом сил и ресурсов и необходимым. Этот недостаток может быть уменьшен за счет помощи окружения – социального ресурса или усиления собственных ресурсов челове­ка (в данной модели эти параметры явля­ются балансирующими элементами). Чем больше недостаток ресурсов для разре­шения ситуации, тем выше ее неподконтрольность, при которой человек ощу­щает невозможность или бесполезность влияния на происходящее. Поэтому, чем выше неподконтрольность ситуации, тем меньше человек может сосредоточить­ся на анализе ситуации и поиске выхода из нее, и, как следствие, планировании и осуществлении действий по ее измене­нию. Отсутствие последних усиливает переживаемую безвыходность, что уве­личивает трудность ситуации и, таким образом, запускает новый цикл, который может привести к усилению ощущения безвыходности. Усиливающая петля R2 иллюстрирует, что воспринимаемая неподконтрольность ситуации связана так­же с избеганием решения задачи.

Как показывает анализ описаний ТЖС, оценка ресурсов как недостаточ­ных для преодоления ситуации (и свя­занная с этим субъективная непод­контрольность) проявляется в двух вариантах:

  1. Сил (ресурсов) мало, что проявляется в бессилии, усталости, утомляемости;

  2. Любые усилия, направленные на из­менение положения, тщетны. К та­кому выводу человек приходит либо после предпринятых (зачастую мно­гочисленных) попыток влиять на развитие событий, не принесших нужно­го результата, либо в результате более долгосрочных процессов, связанных с неподконтрольным опытом («выучен­ная беспомощность»).

В результате человек не видит смысла воздействовать на ситуацию, мотивация к достижению цели утрачивается. Соот­ветственно, вероятность планомерного копинга снижается. При этом актуали­зируется психологическая защита в виде избегания. Респонденты сообщили о же­лании «убежать, спрятаться», «побыть наедине», много спать. Им свойственно стремление погрузится в просмотр ки­нофильмов или Интернет, фантазиро­вание, надежда на «божественное вмешательство» и пр. Схожие результаты описывают Ф. Мунет-Виларо с коллега­ми (Munet-Vilaro et al., 2002), отмечая, что ощущение беспомощности часто провоцирует избегание и уход от проблемы.

Кроме того, структура R1, R2 основа­на на утверждениях, разработанных для диагностики когнитивного оценивания: «Решение этой задачи требует от меня больших затрат усилий (умственных, физических, психологических)», «Моих усилий недостаточно для разрешения ситуации, я не могу ее изменить», «Я не могу держать ситуацию под контролем, управлять ею».

Усиливающая петля R3 (рисунок 5) от­ражает связь непонимания происходя­щего и безвыходности, которые в свою очередь еще больше увеличивают субъ­ективную трудность ситуации. Снизить степень непонятности могут представ­ленные в модели балансирующие эле­менты. Так, чем больше опыт преодоле­ния подобных ситуаций и чем больше знаний о способах разрешения ситуации, тем меньше ее непонятность. На степень понятности ситуации также влияет возможность прогнозировать ее исход. Чем выше точность прогнозирования исхо­да ситуации, тем ниже ее непонятность. Отметим, что в ряде случаев важной оказывается не столько точность прогно­за, сколько уверенность человека в том, что события будут развиваться так, как он предполагает. Это дает возможность предпринимать действия по мере изме­нения ситуации. Как было показано ра­нее (Битюцкая, 2007), оценка ситуации как прогнозируемой связана с планированием собственных действий и повыша­ет вероятность усилий, направленных на преодоление трудности.


Рисунок 5. Усиливающая петля R3

Структура элементов, представленных в R3, согласуется с содержанием шкалы «Непонятность ситуации» «Когнитивное оценивание ТЖС». В частности, оценку непонятности определяют восприятие собственных знаний и опыта как недо­статочных для преодоления ситуации, а также непредсказуемость исхода.

Усиливающая петля R4 (рисунок 6) иллюстрирует связь трудности пробле­мы, степени эмоциональных пережи­ваний, избегания и безвыходности. Как показано в исследованиях, эмоции вы­ступают детектором трудности, осу­ществляют оценку значения ситуации для личности (Тышкова, 1987, с. 28). Мо­дель демонстрирует, что с повышением трудности ситуации усиливаются эмо­циональные переживания. Чем сильнее эмоции, тем больше избегание мыслей и действий, направленных на изменение ситуации, и, как следствие, тем меньше вероятность найти выход из нее.


Рисунок 6. Усиливающая петля R4 и балансирующая петля B1

Степень эмоциональных пережива­ний также связана с воспринимаемой неподконтрольностью и непонятностью ТЖС (усиливающие петли R5, R6 и R7, рисунок 7). Это, в частности, под­тверждается корреляциями соответст­вующих шкал методики «Когнитивное оценивание ТЖС» (см. таблицу 1). R5 показывает связь эмоций и неподкон­трольности: чем больше эмоциональ­ные переживания, тем ниже контроль над ситуацией. С нарастанием эмоцио­нальных переживаний человек ощущает потерю самообладания и контроля, что усиливает эмоции. Респонденты сооб­щили о том, что в такие моменты переживали отчаяние, страх, панику, уныние, агрессию, «глухую тоску».


Рисунок 7. Усиливающие петли R5, R6, R7, R8, R9

Петля R6 описывает связь эмоций и непонятности ТЖС. В данном случае сильные эмоциональные переживания затрудняют адекватную оценку и пони­мание ситуации, а непонятность, в свою очередь, усугубляет эмоциональные пе­реживания. Это подтверждается выска­зываниями респондентов, например: «Нахлынувшие эмоции лишают возмож­ности рационально мыслить, анализи­ровать и в итоге разумные действия не получаются… От этого становится еще хуже» (мужчина, 39 л.).

Петля R7 показывает, что с усилени­ем эмоций увеличиваются непонятность ситуации и воспринимаемая безвыход­ность, что еще больше усугубляет труд­ную ситуацию.

Усиливающая петля R8 (рисунок 7) де­монстрирует связь между непонятностью и неподконтрольностью. Чем меньше по­нимание ситуации, тем меньше воспри­нимаемый контроль и влияние на нее. В свою очередь, чем больше неподкон­трольность, тем больше ощущение непонимания происходящего. Подтвержде­ния этому мы находим как в результатах корреляционного анализа (связь шкал неподконтрольность и непонятность ситуации, см. таблицу 1), так и в протоко­лах респондентов. Зачастую в описаниях ТЖС, воспринимаемых как безвыходные, представлены оба эти параметра. Напри­мер: «Я воспринимаю это как невозможность найти выход, разобраться, проа­нализировать ситуацию, неспособность повлиять… Из-за этого неопределенность усиливается, ощущаю неизвестность: что будет после усилий? И так снова и снова, все идет по кругу» (женщина, 23 г.).

Петля R9 отражает взаимосвязь меж­ду эмоциональными переживаниями, неподконтрольностью и непонятно­стью, где каждый из этих элементов уси­ливает другой.

Балансирующие петли B1 (рисунок 6), В2 (рисунок 8) характеризуют крат­косрочный положительный эффект, который возникает вследствие актуа­лизации избегания. Психологическая за­щита направлена на стабилизацию эмо­ционального состояния: чем сильнее эмоции, тем больше стремление избе­жать тревожащей ситуации и, чем боль­ше избегание, тем меньше эмоциональ­ные переживания (первый цикл петли B1). Чем меньше эмоции, тем меньше избегание, чем меньше избегание, тем больше эмоции (второй цикл B1). Та­ким образом, модель иллюстрирует, что через некоторое время эмоции снова усилятся. Данные петли являются наглядным примером симптоматического (краткосрочного) решения проблемы.


Рисунок 8. Балансирующая петля B2

Обсуждение

В целом, системно-динамическая мо­дель демонстрирует доминирующую роль усиливающих процессов, которые сменяются краткосрочными уравнове­шивающими периодами. Это моделирует процесс переживания безвыходности ситуации, который определяется респондентами как усиливающийся и цикличный. Подчеркнем, что модель име­ет свои границы и охватывает период, в течение которого человек восприни­мает ситуацию как безвыходную (т.е. мо­дель не предполагает подробный анализ стадий нахождения выхода и, тем более, не иллюстрирует процессы восприятия, преодоления любой ТЖС). Мы обнару­жили в описаниях и смоделировали уси­ление, «застревание» при переживании безвыходности. Границы представлен­ной системно-динамической модели определяются включением в нее толь­ко операционализированных элементов с тем, чтобы разработанная структура имела научное подтверждение.

Системно-динамическая модель ил­люстрирует, что уравновешивание систе­мы происходит за счет избегания. Отме­тим, что такой баланс является зыбким, поскольку усиливающие процессы с течением времени снова возобновляются. В психологических исследованиях полу­чены противоречивые данные об адап­тивности копинг-стратегии избегание. Так, Е.И. Рассказова и Т.О. Гордеева на ос­новании обзора современных работ по копингу приходят к выводу о неэффективности избегания (Рассказова, 2011), при этом, имеются данные об адаптив­ности этой стратегии в неподконтроль­ных ситуациях (Anshel, Kaissidis, 1997; Wethington, Kessler, 1991). На наш взгляд, в представленной модели важно рассма­тривать не избегание само по себе, а тот факт, что оно сочетается со снижением планомерного копинга, что является од­ним из объяснений «застревания» в со­стоянии безвыходности, ощущения его усиления и бесконечности.

Возможности выхода из такого поло­жения представлены в модели как балан­сирующие элементы:

  1. усиление собственных ресурсов;

  2. привлечение помощи других людей;

  3. знания о способах разрешения ситуа­ции;

  4. наличие и использование опыта прео­доления;

  5. прогнозирование исхода.

Это «рычаги воздействия», которые размыкают «петли» безвыходности – ис­пользование каждого из перечисленных элементов дает возможность преодолеть ТЖС.

Представленное исследование вы­полнено в контексте динамическо­го подхода к пониманию копинга, что предполагает учет ситуационного кон­текста. В отличие от работ, основываю­щихся на результатах методик с общими инструкциями (ориентируют испыту­емого на анализ способов копинга, ис­пользуемых обычно или за последние полгода/год) и диагностирующих «ба­зисные» стратегии совладания (Львова, 2015), в нашей работе учитывается кон­текст конкретной, актуально пережива­емой трудной ситуации. Это позволяет более достоверно изучить используе­мые способы совладания с ТЖС, преодо­лев такое ограничение исследований ко­пинга, как ретроспективные искажения[8]. Динамический подход, определяющий когнитивное оценивание как движущую силу копинга, также дает возможность описать развитие (динамику) процесса взаимодействия человека с ситуацией как последовательность взаимосвязан­ных оценок и способов совладания.

Анализ элементов, представленных в модели, позволяет научно отрефлекси­ровать факторы, которые значимы при восприятии ситуации как безвыходной. Человек, переживающий безвыходность, может осознавать лишь некоторые опи­санные в модели элементы. Как правило, наиболее доступны самоотчету негатив­ные эмоции, сопровождающие ТЖС, по­тому что они «ставят задачу на смысл» (Леонтьев, 2007). Часто человек осозна­ет, что он не контролирует или не по­нимает ситуацию, но не анализирует факторы, которые определяют такое по­ложение. Большинство элементов обра­за ситуации «свернуты» и отчетливо не осознаются. Модель, разработанная на основе большого количества самоотче­тов и статистически подтвержденных связей, позволяет реконструировать це­лостную картину сценария безвыходно­сти ситуации в совокупности оценок, эмоциональных процессов и способов реагирования.

Выводы

На основании проведенного иссле­дования описан тип переживания ТЖС: воспринимаемая безвыходность (по на­шим данным, о таком переживании со­общили 18 % респондентов). При том, что ТЖС, которые воспринимаются как безвыходные, отличаются по содержа­нию (относятся к разным жизненным сферам: угроза жизни и здоровью, меж­личностные, профессиональные, внутриличностные трудности), в их описаниях выявлены общие признаки: невозможность влияния на ситуацию, непонимание ее развития, отрицатель­ные эмоции, актуализация избегания и отсутствие усилий, направленных на изменение положения. Операционали­зация этих признаков дала возможность построения моделей.

Путевая модель демонстрирует сле­дующие направленные связи элементов: на субъективную безвыходность значи­мо влияет оценка ситуации как непо­нятной. Неподконтрольность оказывает отрицательное влияние на использова­ние планомерного копинга, который от­рицательно связан с воспринимаемой безвыходностью. Неподконтрольность и сильные эмоции значимо положительно влияют на выраженность такого способа избегания, как фантазирование и надежда на внешние силы, который детерминирует безвыходность. При этом значимого влияния на нее отвлечения получено не было.

Системно-динамическая модель на­глядно показывает переживание без­выходности и описывает функционирование данного процесса во времени. В основу модели положены элементы и связи, подтвержденные путевым анали­зом, а также качественные данные. Субъ­ективная безвыходность представлена как комплекс взаимосвязанных и после­довательных оценок, эмоциональных переживаний, способов реагирования. Си­стемный подход к анализу ТЖС позволил соединить разрозненные элементы, опи­сывающие проблему, и рассмотреть их действие в совокупности.

Важными динамическими характе­ристиками переживания безвыходности являются цикличность и усиление. Вы­делены факторы, как усиливающие, так и ослабляющие ощущение безвыходно­сти, что может быть применено для ре­шения задач психологической практики.

Заключение

Очевидно, что в модели, разработан­ной и подтвержденной на выборке бо­лее 700 человек, редуцированы личност­ные смыслы и другие индивидуальные параметры переживания безвыходно­сти. Обобщенная схема не может охва­тить весь спектр эмоций, оценок, дей­ствий человека. Однако мы полагаем, что отразили общий механизм процес­са переживания и совладания с ТЖС, ко­торая воспринимается как безвыходная. Кроме того, мы не исключаем того, что модель описывает одну из стадий этого процесса, когда человек ощущает усиле­ние безвыходности (которое не может продолжаться бесконечно). На основа­нии анализа субъективных отчетов ре­спондентов мы предполагаем, что далее могут наступать фазы эмоционального выгорания либо проблематизации ТЖС. Человек может принять, изменить, переоценить ситуацию и свои возможности. Эти предположения требуют дальней­ших исследований.

Применение имитационного моде­лирования для задач нашей работы по­зволило представить процесс пережива­ния безвыходности ТЖС в совокупности причинно-следственных взаимосвязей, объяснить его динамику; в то время как многие ранее проведенные исследова­ния рассматривали каждую копинг-стра­тегию и характеристику ТЖС отдельно или ограничивались констатацией корреляций. Кроме того, как отмечает Д.Ю. Каталевский, «причинно-следственные диаграммы дают возможность эффек­тивно сформулировать, наглядно пред­ставить и объяснить сложную структу­ру» (Каталевский, 2011, С. 53,54). На наш взгляд, предложенное описание безвы­ходности и ее визуальная репрезента­ция в виде модели может использоваться при подготовке психологов для работы с человеком, оказавшимся в ТЖС.

Примечания

1.В современной психологии существуют разные подходы к изучению копинга. Одна из оппозиций – понимание его как устой¬чивой черты или процесса (подробнее об этом в работе Битюцкой, 2011). В дан¬ной статье мы не ставим целью обзор ди¬скуссий в этой области, а принимаем и развиваем одну из общепризнанных точек зрения о копинге как о процессе.

2.Выражаем искреннюю благодарность профессору Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова Д.Н. Кавтарадзе за поддер¬жку темы, ценные рекомендации в процессе разработки системно-динамической модели, предоставленные возможности для развития идей статьи.

3.RMSEA, CFI являются основными показателями оценки соответствия модели имеющимся данным. Хорошими показателями для RMSEA счита¬ются значения ниже 0.08 (Browne, Cudeck, 1993), а для CFI – больше 0.9 (Bentler, 1992) или 0.95 (Brown, 2006).

4.Предварительный этап исследования был проведен на основе анализа качественных данных: описаний ситуаций, рисунков и пояснений к ним. Здесь приводим основные выводы этой работы. Более подробно полученные результаты планируем представить в отдельной публикации.

5.Данные признаки выделены по итогам анализа 130 описаний ТЖС, которые сами испытуемые категоризовали как безвыходные, и 111 рисунков, соответствующих этим случаям. Приведены наиболее часто встречающиеся характеристики. Каждый признак выявлен в 60-ти и более про-центах отчетов респондентов.

6.Согласно факторной структуре методики, данный пункт входит в шкалу «Непонятность ситуации», однако при работе над путевой моделью он был исключен при расчете шкальных значений. Это позволило устранить влияние на оценки модели «технической» корреляции между пун¬ктом и шкалой, в которую он входит, что могло бы исказить результаты.

7.В данной работе ресурсы мы понимаем в широком смысле: как различные средства, возможности, которыми обладает человек, и может вос¬пользоваться в ТЖС. Так, Д.А. Леонтьев указывает на существование, по меньшей мере, трех классов ресурсов: физиологические (общее состо¬яние здоровья или тип нервной системы), психологические (особенности личности, способностей и др.) и социальные (социальная поддержка) (Леонтьев, 2010). К этому можно добавить еще материальные средства (деньги, материальные ценности).

8.В ряде исследований (Ptacek et al., 1994; Smith et al., 1999; Stone et al., 1998) получены данные, свидетельствующие о существе нном расхождении показателей ежедневных и «ретроспективных» (связанных с анализом прошедших событий) самоотчетов: результаты, полученные в день со¬бытия, не соответствуют сведениям о нем, сообщаемым, спустя 1-7 дней.

*.Баханова Е.А. Материалы мастер-класса на VII Зимней школе факультета государственного управления МГУ имени М.В. Ломоносова. 2014.

Список литературы:

Анцыферова Л.И. Личность в трудных жизненных условиях: переосмысливание, преобразование ситуаций и психологическая защита / Л.И. Анциферова // Психологический журнал. – 1994. – Т. 15. – № 1. – С. 3-19.

Барабанщиков В.А. Системный подход в структуре психологического познания / Барабанщиков // Методология и история психологии. – 2007. – Вып. 1. – С. 86-99.

Баханова Е.А. Разработка психологической модели трудной жизненной ситуации на основе метода системной динамики / Е.А. Баханова, Е.В. Битюцкая // Государственное управление: Российская Федерация в современном мире. ХII Международная конференция факультета государственного управления МГУ имени М.В. Ломоносова, 29-31 мая 2014 г. – Москва : Инфра-М, 2015. – С. 642-646.

Белинская Е.П. Неопределенность как категория современной социальной психологии личности / Е.П. Белинская // Психологические исследования. – 2014. – Т. 7. – № 36. – С. 3.

Битюцкая Е.В. Когнитивное оценивание и стратегии совладания в трудных жизненных ситуациях : дис. … канд. психол. наук ; [МГУ имени М.В. Ломоносова]. – Москва, 2007. – 208 с.

Битюцкая Е.В. Когнитивное оценивание трудной жизненной ситуации с позиций деятельностного подхода А.Н. Леонтьева / Е.В. Битюцкая // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. – 2013а. – № 2. – С. 40-56.

Битюцкая Е.В. Методика «Когнитивное оценивание трудных жизненных ситуаций»: результаты апробации / Е.В. Битюцкая // Вестник интегративной психологии. – Ярославль, 2013б. – С. 62-64.

Битюцкая Е.В. Обоснование и разработка русскоязычной версии «Опросника способов копинга» // Развитие личности. – 2014-а. – № 3. – С. 187–208.

Битюцкая Е.В. Операционализация понятия безвыходности трудной жизненной ситуации / Е.В. Битюцкая, Е.А. Баханова // Мышление и речь: подходы, проблемы, решения: Материалы XV Международных чтений памяти Л.С. Выготского. Москва, 17-21 ноября 2014 г. – Т. 1. – Москва : Левъ, 2014. – С. 111-117.

Битюцкая Е.В. Рисуночная методика «Моя трудная жизненная ситуация» как инструмент диагностики восприятия трудной ситуации / Е.В. Битюцкая, Е.В. Карцева // Журнал практического психолога. – 2013. – № 4. – С. 102-132.

Битюцкая Е.В. Современные подходы к изучению совладания с трудными жизненными ситуациями / Е.В. Битюцкая // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. – 2011. – № 1. – С. 100-111.

Битюцкая Е.В. Факторная структура русскоязычной версии методики «Опросник способов копинга» / Е.В. Битюцкая // Вопр. психологии. – 2014б. – № 5. – С. 138-150.

Бодров В.А. Психологический стресс: развитие и преодоление / В.А. Бодров. – Москва : Пер Сэ, 2006. – 528 с.

Зинченко Ю.П. Методологические основы психологии безопасности / Ю.П. Зинченко // Национальный психологический журнал. – 2011. – № 2 (6). – С. 11-14.

Кавтарадзе Д.Н. Наука и искусство управления сложными системами / Д.Н. Кавтарадзе // Государственное управление. Электронный вестник. – 2014. – № 43. – С. 265-296.

Карпов Ю.Г. Имитационное моделирование систем. Введение в моделирование с AnyLogic 5 / Ю.Г. Карпов. – Санкт-Петербург : БХВ-Петербург, 2006. – 400 с.

Каталевский Д.Ю. Основы имитационного моделирования и системного анализа в управлении: учеб. пособие / Д.Ю. Каталевский. – Москва : Изд-во Моск. ун-та, 2011. – 304 с.

Корнилова Т.В. Принцип неопределенности в психологии выбора и риска / Т.В. Корнилова // Психологические исследования. – 2015. – Т. 8. – № 40. – С. 3.

Леонтьев А.Н. Лекции по общей психологии: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. – 4-е изд. – М.: Смысл, Академия, 2007. – 511 с.

Леонтьев Д.А. Психологические ресурсы преодоления стрессовых ситуаций: к уточнению базовых конструктов / Д.А. Леонтьев // Психология совладающего поведения: Материалы второй Междунар. науч.-практ. конф. Кострома, 23-25 сент. 2010 г. В 2 т. Т. 2 / Отв. ред. Т.Л. Крюкова, М.В. Сапоровская, С.А. Хазова. – Кострома : КГУ им. Н.А. Некрасова, 2010. – С. 40-42.

Ломов Б.Ф. О системном подходе в психологии / Б.Ф. Ломов // Вопросы психологии. – 1975. – № 2. – С. 31-44.

Львова Е.Н. Личностные предикторы совладающего поведения в ситуации неопределенности / Е.Н. Львова, О.В. Митина, Е.И. Шлягина // Психологические исследования. – 2015. – Т. 8. – № 40. – С. 4.

Рассказова Е.И. Копинг-стратегии в психологии стресса: подходы, методы и перспективы / Е.И. Рассказова, Т.О. Гордеева // Психологические исследования: электрон. науч. журн. – 2011. – Т. 3. – №17. – Электронный ресурс. – Режим доступа: http://psystudy.ru  – (дата обращения: 18.05.2015).

Тышкова М. Исследование устойчивости детей и подростков в трудных ситуациях // Вопр. психологии. – 1987. – № 1. – С. 27 – 34.

Anshel M.H., Kaissidis A.N. Coping style and situational appraisals as predictors of coping strategies following stressful events in sport as a function of gender and skill level // British Journal of Psychology. – 1997. – Vol. 88. – Issue 2. – P. 263-276.

Bentler P.M. On the fit of models to covariances and methodology to the bulletin // Psychol. Bull. –1992. – V. 112 (3). – P. 400-404.

Brown T. Confirmatory factor analysis for applied research. – London: Guilford Press, 2006.

Browne M.W., Cudeck R. Alternative ways of assessing model fit. In: Bollen K.A., Lond J.S. (editors). Testing structural equation models. – Beverly Hills, CA: Sage. – 1993. – P. 136-162.

Folkman S., Lazarus R. S., Dunkel-Schetter C., DeLongis A., Gruen R. The dynamics of a stressful encounter: Cognitive appraisal, coping, and encounter outcomes // Jоurn. of Personality and Social Psychology. – 1986. – V. 50. – N 5. – P. 992-1003.

Folkman S., Lazarus R.S. If it changes it must be a process: Study of emotion and coping during three stages of a college examination // Jоurn. of Personality and Social Psychology. – 1985. –V. 48. – N 1. – P. 150-170.

Folkman S., Moskowitz J.T. Coping: Pitfalls and Promise // Annual Reviews of Psychology. – 2004. – V. 55. – Р. 743-774.

Forrester J.W. System dynamics, systems thinking, and soft OR // System Dynamics Review. – 1994. – V. 10. – Issue 2-3. – P. 245-256.

Homer J.B. Worker burnout: a dynamic model with implications for prevention and control // System Dynamics Review. – 1985. – V. 1. – Issue 1. – P. 42-62.

Hudek-Knezevic J., Kardum I. The effects of dispositional and situational coping, perceived social support, and cognitive appraisal on immediate outcome // European Journ. of Psychological Assessment. – 2000. – V. 16. – N 3. – P. 190-201.

Lazarus R.S., Folkman S. Stress, appraisal and coping. – New York: Springer Publishing Company, 1984. – 456 p.

Morris A., Ross W., Ulieru M. A system dynamics view of stress: Towards human-factor modeling for computer agents // Systems Man and Cybernetics, IEEE International Conference on 10-13 Oct. 2010. – P. 4369-4374.

Munet-Vilaro F., Gregorich S. E., Folkman S. Factor structure of the Spanish version of the Ways of Coping Questionnaire // Journ. of Applied Social Psychology. – 2002. – V. 32. – N 9. – P. 1938-1954.

Pedhazur E.J. Multiple regression in behavioral research: Explanation and prediction (2nd ed.). – New York: Holt, Rinehart, and Winston, 1982.

Ptacek J.T., Smith R.E., Espe K., Raffety B. Limited correspondence between daily coping reports and retrospective coping recall // Psychol. Assess. – 1994. – V. 6. – P. – 41-49.

Smith R.E., Leffingwell T.R., Ptacek J.T. Can people remember how they coped? Factors associated with discordance between same-day and retrospective reports // J. of Personality and Social Psychology. – 1999. – V. 76. – N 6. – P. 1050-1061.

Sterman J.D. Business Dynamics: Systems Thinking and Modeling for a Complex World. – Boston: McGraw-Hill Companies, 2000.

Stone A.A., Schwartz J.E., Neale J.M., Shiffman S., Marco C.A., Hickcox M., Paty J., Porter L.S., Cruise L.J. A comparison of coping assessed by ecological momentary assessment and retrospective recall // Journ. of Personality and Social Psychology. – 1998. – V. 74. – N 6. – P. 1670-1680.

Wethington E., Kessler R.C. Situations and processes of coping // The social context of coping / Ed. by J. Eckenrode. – New York: Plenum Press, 1991. – P. 13-29.

Для цитирования статьи:

Битюцкая Е.В., Баханова Е.А., Корнеев А.А. Моделирование процесса совладания с трудной жизненной ситуацией. // Национальный психологический журнал. – 2015. – № 2(18). – С. 41-55.

Bityutskaya E.V., Bakhanova E.A., Korneev A.A. (2015). Modeling coping with a difficult life situation. National psychological journal. 2 (18), 41-55.

О журнале Редакция Номера Авторы Для авторов Индексирование Контакты
Национальный психологический журнал, 2006 - 2017
CC BY-NC

Все права защищены. Использование графической и текстовой информации разрешается только с письменного согласия руководства МГУ имени М.В. Ломоносова.

Дизайн сайта | Веб-мастер