ISSN 2079-6617 (Print)
ISSN 2309-9828 (Online)
Ru | En
РПО
Факультет психологии МГУ имени М.В. Ломоносова
Главная RSS Поиск

ГлавнаяВсе статьи журналаНомера

Капустин С.А. Особенности личности детей в семьях клиентов психологической консультации. // Национальный психологический журнал. – 2015. – № 1(17). – С. 79-87.

Автор(ы): Капустин С. А. ;

Аннотация

В статье изложены результаты исследования влияния основных стилей родительского воспитания, встречающихся в семьях клиентов психологической консультации (гиперопеки и сверхтребовательности), на развитие личности детей и возникновение детско-родительских проблем. Показано, что важнейшим фактором, влияющим на возникновение детско-родительских проблем в этих семьях, является аномальность личности родителей, установленная с помощью так называемого экзистенциального критерия, которая проявляется в используемых ими стилях воспитания своих детей. Эти стили воспитания способствуют формированию у детей аномальных типов личности, также установленных с помощью экзистенциального критерия, которые обозначены как «ориентированный на внешнюю помощь», «ориентированный на соответствие своего поведения требованиям других людей» и «ориентированный на протест против соответствия своего поведения требованиям других людей».

Дети с данными типами личности, сталкиваясь с требованиями со стороны своего ближайшего социального окружения, обычно рассчитанными на детей с нормальным уровнем личностного развития, и потому не соответствующими их личностным возможностям, начинают испытывать проблемы. Поскольку эти проблемы связаны с трудностями приспособления детей к требованиям социального окружения, их можно отнести к категории проблем социальной адаптации. Выявлено сходство типа личности, «ориентированного на соответствие своего поведения требованиям других людей, с теоретическими представлениями об аномальной личности, предрасположенный к возникновению различного рода жизненных проблем и психических расстройств, содержащимися в работах Э. Фромма, З. Фрейда, А. Адлера, К. Юнга, К. Роджерса и В. Франкла. Этот факт свидетельствует о том, что личность данного типа можно рассматривать как классический тип личности, с которым в разное время сталкивались в своей психотерапевтической практике все эти авторы.

Страницы: 79-87
Поступила: 20.11.2014
Принята к публикации: 29.11.2014
DOI: 10.11621/npj.2015.0109

Разделы журнала: Возрастная психология;

Ключевые слова: нормальная личность; аномальная личность; экзистенциальные дихотомии; стили родительского воспитания; детско-родительские проблемы;

PDF: /pdf/npj-no17-2015/npj_no17_2015_79-87.pdf

Доступно в on-line версии с 30.03.2015

Ранее нами было выявлено, что основными стилями родительского воспитания, практикуемыми в семьях клиентов психологической кон­сультации по детско-родительским про­блемам, являются гиперопека и сверх­требовательность (Капустин, 2014). При гиперопеке жизнь ребенка можно охарактеризовать как проходящую в «тепличных» условиях: он окружен повы­шенной любовью, заботой и вниманием, родители стремятся максимально ог­радить его от трудностей и опасностей, всегда с готовностью оказывают ему сво­ими действиями и советами помощь, ко­торая охотно им принимается. Условия жизни ребенка в семьях со сверхтребовательными родителями иные: их мож­но охарактеризовать как условия посто­янного предъявления к нему со стороны родителей повышенных требований, направленных на то, чтобы сформировать у него определенные личностные качест­ва, важные, по их мнению, для его успеш­ной жизни в обществе и желанные пре­жде всего для них, а не для ребенка.

В другой нашей работе (Капустин, 2013) было предложено описание ново­го так называемого экзистенциального критерия нормальной и аномальной лич­ности, представление о котором в неявном виде содержится в трудах Э. Фромма. Согласно этому критерию, нормальность и аномальность личности определяются, во-первых, спецификой ее содержания, а во-вторых, особенностями формирова­ния личностной позиции по отношению к свойственным природе человека так назы­ваемым экзистенциальным дихотомиям - объективно существующим в его жизни неустранимым двухальтернативным про­тиворечиям между разными ее сторона­ми. Позиция нормальной по содержанию личности ориентирует человека на про­тиворечивую заданность его жизни в виде экзистенциальных дихотомий и необходи­мость поиска компромисса для их разре­шения. Она формируется на рациональной основе при активном участии самого человека. Позиция аномальной по содержанию личности субъективно отрицает противо­речивую заданность человеческой жизни в виде экзистенциальных дихотомий, ори­ентируя человека на непротиворечивый, безальтернативный и, следовательно, од­носторонний способ жизни, который не предполагает его самоопределения. Такая позиция навязывается человеку другими людьми на иррациональной основе. В ком­пактном виде экзистенциальный критерий можно представить в виде таблицы (см. табл. 1), отражающей основные различия, касающиеся характеристик содержания и формирования позиции, занимаемой человеком по отношению к экзистенциальным дихотомиям.


Таблица 1. Экзистенциальный критерий нормальной и аномальной личности

В вышеупомянутой работе (Капустин, 2013) на основе анализа теорий лично­сти З. Фрейда, А. Адлера, К. Юнга, К. Род­жерса и В. Франкла было показано, что в них также неявно присутствует данный критерий в описаниях личности, предра­сположенной и не предрасположенной к возникновению жизненных проблем или психических расстройств, но в более частных вариантах: по отношению к та­ким конкретным дихотомиям, как приро­да и культура (З. Фрейд), превосходство и общность (А. Адлер), противоположности (К. Юнг), самоактуализация и услов­ные ценности (К. Роджерс), детерминизм и самоопределение (В. Франкл).

Дихотомия природы и культуры, фи­гурирующая в работах З. Фрейда, состо­ит в следующем противоречии: человек, будучи природным существом, должен жить в соответствии со своей биологи­ческой природой, подчиняясь зову есте­ственных сексуальных влечений, и в то же время, как член общества, он дол­жен соответствовать своей социальной сущности, выполняя морально-эстети­ческие требованиям, предъявляемые обществом к объектам этих влечений и способам их удовлетворения.

Дихотомия превосходства и общно­сти, присутствующая в работах А. Адле­ра, заключается в том, что, с одной сторо­ны, мотив достижения превосходства над другими людьми, возникающий у чело­века в качестве компенсации чувства не­полноценности, направляет его жизнь на достижение этого превосходства, на кон­фронтацию с другими людьми, на полу­чение различного рода преимуществ для себя лично, а с другой стороны, в соот­ветствии с врожденным мотивом чувства общности он должен жить в единении с другими людьми, подчиняя свои личные интересы интересам общества.

Дихотомии противоположностей, со­держащиеся в работах К. Юнга, харак­теризуют, с его точки зрения, природу человеческой жизни. Поскольку проти­воречия могут возникать не только меж­ду противоположными, но и любыми другими несовместимыми сторонами действительности, значит дихотомии противоположностей можно рассматривать как более узкий класс экзистенциальных дихотомий. Примером такого рода противоречия между противопо­ложностями может служить противоре­чие межу сознательными установками человека и противоположными компенсирующими эти установки требования­ми со стороны его бессознательного.

Дихотомия самоактуализации и услов­ных ценностей, имеющая место в работах К. Роджерса, состоит в том, что, с одной стороны, человек в личностном развитии должен реализовывать свою врожденную тенденцию к самоактуализации, а с дру­гой стороны, он обязан соответствовать условным ценностям, навязываемым ему другими людьми, что является условием удовлетворения его потребности в поло­жительном к нему отношении со сторо­ны других людей.

Дихотомия детерминизма и самоопре­деления, содержащаяся в работах В. Франкла, порождается тем, что с одной сторо­ны, человек должен жить в соответствии со своей биологической и социальной природой, подчиняясь природным, пси­хологическим и общественным влияниям, а с другой стороны, - в соответствии со своей духовной природой, как существо свободное и ответственное за самоопре­деление в смыслах своей жизни.

Использование экзистенциального критерия для оценки личности родителей в семьях клиентов психологической кон­сультации по детско-родительским про­блемам (Капустин, 2015) позволило сде­лать вывод о том, что их личность можно квалифицировать как аномальную.

Наше новое исследование преследо­вало две основные цели:

  1. Выявить влияние основных стилей родительского воспитания, встреча­ющихся в семьях клиентов психоло­гической консультации по детско-ро­дительским проблемам (гиперопеки и сверхтребовательности) на развитие личности детей и возникновение у них жизненных проблем.

  2. Оценить с помощью экзистенциаль­ного критерия нормальность и ано­мальность личностей этих детей.

Выборка

Исследование проводились с теми же 176 семьями, которые участвовали в предыдущих исследованиях (Капустин, 2014, 2015). В большинстве случаев эти семьи были полными с одним или дву­мя детьми. В консультацию обращались преимущественно матери (одни или с мужьями) по поводу проблем с единст­венным ребенком или с одним из детей. Возраст родителей варьировал от 27 до 53 лет, возраст детей - от 3 до 17 лет.

Для выявления влияния гиперопеки и сверхтребовательности на развитие личности детей и возникновение у них жизненных проблем из данной выборки были сформированы две группы. Пер­вую группу (82) составили семьи, в кото­рых наблюдалась только гиперопека. Ко второй группе (46) были отнесены се­мьи только со сверхтребовательностью. Семьи, в которых наблюдались различ­ные сочетания гиперопеки и сверхтре­бовательности (42), и семьи, в которых нам не удалось четко разграничить ги­перопеку и сверхтребовательность (6), мы в данной статье не рассматриваем.

Методика

Основным методом сбора данных о личностных особенностях детей и дет­ско-родительских проблемах был метод беседы. Беседа проводилась со всеми пришедшими в консультацию членами семьи.

Результаты

У всех без исключения детей, живу­щих и воспитывающихся в условиях ги­перопеки, наблюдался определенный тип личности, который мы обозначили как ориентированный на внешнюю помощь. Этому типу были присущи четыре основные черты: чрезмерная ориентация на внешнюю помощь, повышенная за­висимость от других людей, слабоволие и повышенная привязанность к родите­лям со стороны которых наблюдалась гиперопека. Данные черты были обозна­чены нами как общие, поскольку они мо­гли проявляться в различных конкрет­ных формах, в зависимости от возраста детей и видов гиперопеки. Те конкретные формы, в которых они проявлялись, мы назвали конкретными чертами. Перечень всех общих и наиболее типичных кон­кретных личностных черт, формирую­щихся под влиянием отдельных видов гиперопеки: больничной, любящей и тре­вожной, представлен в таблице 2.


Таблица 2. Общие и наиболее типичные конкретные черты личности, формирующиеся под влиянием гиперопеки и отдельных ее видов

При больничной гиперопеке ребенок рассматривается как физически слабый и болезненный. Поэтому ему, подобно больному, требуется дополнительный уход, забота и внимание. Доминирова­ние этой установки чаще встречается в тех случаях, где дети действительно физически менее развиты, часто болеют или имеют какие-то хронические забо­левания.

При тревожной гиперопеке жизнь детей рассматривается родителями как переполненная опасностями, которым ребенок не может противостоять самостоятельно. Поэтому его следует посто­янно держать в поле внимания, обере­гая от этих опасностей. При любящей гиперопеке ребенок рассматривается как дорогое, сверхценное для родите­лей существо, своего рода кумир семьи, которому следует поклоняться, служить, принося себя в жертву. Данная установка чаще всего встречается в семьях, где ре­бенок по самым разным причинам явля­ется очень долгожданным.

Жизненные проблемы детей, кото­рые служили поводом обращения их ро­дителей в психологическую консульта­цию, оказались тесно связаны с этими личностными чертами. Непосредствен­ной общей причиной этих проблем было несоответствие требований к ребенку со стороны ближайшего социального окру­жения (родителей, учителей, других лю­дей) его возможностям, обусловленным данными личностными чертами.

Ниже представлены случаи, демон­стрирующие конкретные черты лич­ности, ориентированной на внешнюю помощь, и связанные с ними проблемы у детей, сформировавшиеся под влияни­ем больничной, тревожной и любящей гиперопеки.

Случай 1. Василий (12 лет). Больнич­ная гиперопека со стороны отца и мате­ри. Основные жалобы на то, что у Васи «нет волевого посыла, он должен быть решительным, а у него женское начало, он стремится заниматься легкими веща­ми, хочет, чтобы все его проблемы ре­шали за него другие, абсолютно безыни­циативен, ничего не доводит до конца». Ему трудно сконцентрировать внимание, чтобы выполнить самостоятельно любое задание. До недавнего времени мать каждый день садилась с ним делать уроки, «была его талисманом, он не мог начать сам». Учителя говорят, что он ле­нивый, поэтому плохо учится. «Не может сам разогреть себе обед, его трудно заставить убрать за собой посуду со стола или убраться в комнате».

Случай 2. Артем (8 лет). Любящая ги­перопека со стороны матери. Основные жалобы на неуправляемость поведения. От общения с Артемом уставали как вос­питатели детского сада, так и учителя, поскольку «он ведет себя слишком под­вижно, энергично и всем мешает». Дома Артем не может самостоятельно занять себя на длительное время: «постоянное дергание, то давай делать самолет, то да­вай играть в шахматы, то пойдем пить чай и т.д.». Родители от этого очень уста­вали, сын «забирал все силы, как вампирчик». Мать говорит, что « когда в 9 вечера я клала его спать, то только тогда чувствовала себя человеком». Артем не дает родителям общаться между собой и с другими взрослыми, требуя к себе внимания: «начинает лезть на руки, кри­чит, мычит». В общении со сверстни­ками старается навязать свое мнение, никогда не чувствует себя неправым, любит кривляться перед ними для того, чтобы привлечь к себе внимание.

Случай 3. Анастасия (15 лет). Тре­вожная гиперопека со стороны матери. Основные жалобы на робость, неуве­ренность в себе, мнительность, чувство неполноценности, страхи при публич­ных выступлениях в музыкальной шко­ле и при общении с уверенными в себе людьми. Настя «чувствует смущение, ког­да на нее просто кто-нибудь смотрит, ей кажется, что за этим обязательно по­следуют критика в ее адрес, боится, что о ней плохо подумают, чувствует желание спрятаться ото всех, не привлекать к себе внимание, боится пройти на пере­мене по школьному коридору».

Всех детей, подвергшихся влиянию сверхтребовательности, оказалось воз­можным отнести к трем личностным типам, которые мы обозначили как ориентированный на соответствие сво­его поведения требованиям других лю­дей (сокращенно - ориентированный на соответствие), ориентированный на протест против соответствия своего поведения требованиям других людей (сокращенно - ориентированный на протест) и смешанный.

Для типа личности, ориентированного на соответствие, выявленного у 19% детей сверхтребовательных родителей, были характерны четыре основные черты: гиперсоциальность (чрезмерная ориента­ция на соответствие своего поведения общепринятым моральным и социальным нормам), повышенная зависимость от моральных оценок своего поведения други­ми людьми, чрезмерная боязнь самовыражения и повышенная привязанность к родителям, со стороны которых наблюдалась сверхтребовательность.

Тип личности, ориентированный на протест, наблюдавшийся у 55% этой группы детей, представлял собой пол­ную противоположность типу личности, ориентированному на соответствие. Ему были свойственны такие черты как: асоциальность (протест против чрезмер­ной ориентации на соответствие своего поведения общепринятым моральным и социальным нормам), повышенная не­зависимость от моральных оценок сво­его поведения другими людьми, чрез­мерное стремление к самовыражению и повышенная конфронтация по отно­шению к родителям, со стороны которых наблюдалась сверхтребовательность.

Смешанный тип (26% детей) характе­ризовался одновременным сочетанием черт, свойственных личности, ориенти­рованной на соответствие, и личности, ориентированной на протест.

Эти общие черты, подобно чертам личности, ориентированной на внеш­нюю помощь, могли проявляться в раз­личных конкретных формах, прежде всего, в зависимости от возраста детей и видов сверхтребовательности, влиянию которых они подвергались. В таблице 3 представлен перечень общих и наибо­лее типичных конкретных черт, формирующихся под влиянием сверхтребова­тельности.


Таблица 3. Общие и наиболее типичные конкретные черты личности, ориентированной на соответствие и на протест против соответствия, формирующиеся под влиянием сверхтребовательности

Так же, как и в случаях с гиперопекой, жизненные проблемы детей, по поводу которых родители приходили в психоло­гическую консультацию, были обуслов­лены той же самой непосредственной общей причиной, а именно - несоответ­ствием требований к ребенку со стороны ближайшего социального окружения его личностным возможностям.

Ниже представлены случаи, демон­стрирующие типичные конкретные лич­ностные черты, свойственные этих трем типам.

Случай 4. Олег (12 лет). Тип лично­сти, ориентированный на соответствие. Сверхтребовательность со стороны ма­тери. Основные жалобы на то, что сына «затравили в школе», его «дразнят, стараются унизить, провоцируют на драку, а он не может дать отпор». Олег считает, что «лучше не ввязываться в драку» по­тому что, как выяснилось, мать ему еще в 1 классе внушила, что «драться нехоро­шо». С точки зрения матери Олег очень послушный и дисциплинированный. На уроках работает, а на переменах ведет себя прилично и спокойно: не бегает, не шумит, не толкается. К нарушениям правил поведения своими сверстниками относится негативно, как взрослый: «на них смотришь, как на обезьян, туда-сю­да бегают, прыгают - с ума можно сойти, играют в портфель ногами - сплошное издевательство».

Случай 5. Роман (15 лет). Тип лично­сти, ориентированный на протест. Сверхтребовательность со стороны матери и бабушки. Основные жалобы на то, что Рома «не слушает мать, обижает бабушку и сестру, стал агрессором в доме, никто не в силах с ним справиться, забросил школу, прогуливает занятия», стремится делать «все не по правилам», например, «стал демонстративно неряшлив». Учите­ля тоже часто жалуются на его недисци­плинированность и грубость. Он много времени проводит вне дома в компании друзей, начал курить. Основными увле­чениями стали «мотоцикл и дискотеки». Сам Рома сообщает о себе, что не любит подчиняться, не выносит давления: «В се­мье меня не понимают, не доверяют, счи­тают ребенком, а я хочу быть не на последнем месте».

Случай 6. Артур (16 лет). Смешанный тип личности. Сверхтребовательность со стороны матери и отца. Основные жалобы на то, что Артур «не хочет учить­ся, хочет свободы, хочет делать все, что хочется, стремится выглядеть крутым, иметь то, чего нет у друзей», несколь­ко раз воровал у родителей деньги и зо­лото, неоднократно на несколько дней убегал из дома. Однажды он «взломал за­пертую дверь в комнату родителей, за­брал все деньги и несколько дней жил в гостинице». Вместе с тем, дома в при­сутствии родителей он ведет себя, как правило, спокойно и послушно. Как го­ворит мать: «Он никогда ничего не про­сит, никогда не огрызается, но никогда и не знаешь, что от него ожидать».

Обсуждение

Рассмотрим полученные результаты с позиций предложенного нами экзистен­циального критерия нормальной и ано­мальной личности.

Результаты исследования гиперопека- емых детей свидетельствуют о том, что гиперопека, в которой проявляется од­носторонность позиции родителей, занимаемой ими в воспитании своих де­тей по отношению к экзистенциальной дихотомии помощи и самостоятельно­сти (Капустин, 2015), способствуют фор­мированию у этих детей типа личности, ориентированного на внешнюю помощь. Суть данной дихотомии заключается в следующем: с одной стороны, ребенок рождается крайне беспомощным суще­ством, поэтому для своего полноценного развития он нуждается во всесторонней помощи взрослых членов общества, пре­жде всего, своих родителей, с другой стороны, как считают, например, Э. Фромм и В. Франкл, природе человеческой жиз­ни свойственно самоопределение, ко­торое, напротив, предполагает самосто­ятельный способ жизни человека без помощи других людей, с опорой исклю­чительно на собственные способности, жизненный опыт и разум (Фромм, 1993; Франкл, 1990). Из описания этого лич­ностного типа следует, что гиперопека- емым детям также свойственна односторонность позиции по отношению к той же самой дихотомии помощи и самостоятельности, заключающаяся в преиму­щественной жизненной ориентации на внешнюю помощь, а не на проявление самостоятельности.

Результаты исследования детей сверх- требовательных родителей показыва­ют, что занимаемая этими родителями в воспитании своих детей односторон­няя позиция по отношению к трем экзистенциальным дихотомиям: природы и культуры, самоактуализации и услов­ных ценностей, детерминизма и самоо­пределения (Капустин, 2015) в 19% слу­чаев приводит к формированию у детей типа личности, ориентированного на со­ответствие своего поведения требовани­ям других людей. Формирование у детей данного типа личности, с одной сторо­ны, способствует их социализации, по­скольку свойственные этому типу такие личностные черты, как ориентация на соответствие своего поведения общепри­нятым моральным и социальным нор­мам и зависимость от моральных оценок своего поведения другими людьми, явля­ются очень важными для приспособле­ния детей к жизни в обществе. С другой стороны, эти просоциальные черты, бу­дучи чрезмерно выраженными, препятствуют естественным проявлениям при­родных влечений детей, что приводит к возникновению у них другой личност­ной черты, обозначенной нами как чрезмерная боязнь самовыражения, которая проявляется в застенчивости, скованно­сти и неестественности их поведения, а чрезмерное следование детей роди­тельским требованиям, как показано работах К. Роджерса и В. Франкла, явля­ется препятствием для их самоактуализа­ции и самоопределения (Роджерс, 1959, 1994; Франкл, 1990). Из этого краткого анализа следует, что детям сверхтребо- вательных родителей, обладающим дан­ным типом личности, присуща односто­ронность позиции по отношению к тем же самым, как у их родителей, трем ди­хотомиям, с той лишь разницей, что эта позиция используется ими не для вос­питания, а как руководство собственной жизнью. Эта односторонность заключа­ется в их чрезмерной жизненной ориен­тации на соответствие своего поведения социальным требованиям других людей в ущерб реализации требований природ­ных влечений, самоактуализации и самоопределения.

В 55% случаев занимаемая сверхтребовательными родителями в воспитании своих детей односторонняя позиция по отношению к трем вышеуказанным ди­хотомиям приводит к противоположно­му эффекту. У детей формируется тип личности, ориентированной на протест против соответствия своего поведения требованиям других людей, позиция ко­торая является также односторонней по отношению ко всем этим дихотомиям, но только наоборот. Детям с данным ти­пом личности свойственно, напротив, асоциальное поведение, противополож­ное тем ценностям, которыми руководст­вуются их родители и другие взрослые, и стремление жить так, как они сами счита­ют нужным, в большем согласии со свои­ми природными влечениями.

Из всех выявленных в настоящем ис­следовании типов личности детей наи­больший интерес для нас представляет тип личности, ориентированный на со­ответствие своего поведения требованиям других людей. Это обусловлено тем, что, с нашей точки зрения, его можно рассматривать и описывать с совершенно раз­ных теоретических позиций, при этом каждый раз находя в нем те реальные сто­роны личности, о которых идет речь в той или иной теории. Для иллюстрации этой особенности данного личностного типа мы рассмотрим его с точки зрения всех упомянутых выше авторов теорий нор­мальной и аномальной личности, которые были представлены в нашей предыдущей работе (Капустин, 2013).

Так, если бы Э. Фромм, начал анали­зировать этот тип, то он, прежде всего, обратил бы внимание на его несоответ­ствие сущности человеческой жизни и, следовательно, на его непродуктивность. Как известно, с точки зрения Э. Фромма, жизнь человека в своей сущности, в силу объективно свойственных ей экзистен­циальных дихотомий, никем и ничем не определена и не задана, поэтому в ней с необходимостью должно присутствовать его самоопределение (Фромм, 1993). Из этого следует, что всякий че­ловек, который чрезмерно ориентирует­ся на то, чтобы его жизнь определялась другими людьми, неизбежно будет про­являть во всех сферах своей жизни непродуктивную активность, проживая не свою собственную жизнь, а его личность будет представлять собой отчужденное от него самого образование.

З. Фрейд увидел бы в этом типе лич­ности явную односторонность позиции человека по отношению к дихотомии природы и культуры, указав на чрезмер­ную строгость его Сверх-Я к амораль­ным и неэстетическим требованиям природных влечений Оно, проявляющу­юся в чрезмерной ориентации челове­ка на соответствие своего поведения об­щепринятым моральным и социальным нормам и повышенной зависимости от моральных оценок своего поведения другими людьми (Фрейд, 1989).

А. Адлер обратил бы внимание на ис­пользуемые в семьях этих детей гиперо­пеку и сверхтребовательность, которые, с его точки зрения, способствуют усиле­нию у детей чувства неполноценности и формированию у них на этой основе завышенного стремления к достижению превосходства над другими людьми, препятствующего врожденному стрем­лению к единению с ними (Адлер, 1993). И тогда он выявил бы односторонность позиции этого личностного типа по отношению к дихотомии превосходства и общности.

К. Юнг, для которого дихотомия про­тивоположностей является одним из ос­новных принципов устройства челове­ческой жизни, не смог бы не заметить того факта, что под влиянием сверхтребовательности у детей формируют­ся два противоположных типа личности (Юнг, 1994). На этом основании он мог бы сделать вывод о том, что личность, ориентированная на соответствие сво­его поведения требованиям других лю­дей, является чрезмерно односторон­ней, всего лишь осознаваемой частью целостной личности. Кроме нее у чело­века есть также и бессознательная, тене­вая часть личности, ориентированная на протест против соответствия своего поведения требованиям других лю­дей, которая выполняет для чрезмерно односторонней сознательной ее части компенсаторную функцию.

К. Роджерс, рассматривая этот тип личности сквозь призму дихотомии самоактуализации и условных ценностей, отметил бы его чрезмерную ориентацию на соответствие условным ценностям, что является основным препятствием для самоактуализации человека (Род­жерс, 1959, 1994). Очевидно, что в каче­стве условных ценностей для этого типа выступают навязанные ребенку другими людьми, прежде всего, его родителями требования наличия у него определенных качеств личности и форм поведения, которые желательны для них, и соответ­ствие которым является условием их по­ложительного отношения к нему.

В. Франкл усмотрел бы в этом типе личности односторонность (фатали­стичность) позиции по отношению к дихотомии детерминизма и самоопре­деления, заключающуюся в чрезмерном стремлении ребенка следовать в своей жизни требованиям родителей, что объ­ективно ограничивает его возможности самоопределения (Франкл, 1990).

Таким образом, поскольку в типе лич­ности, ориентированном на соответствие своего поведения требованиям других лю­дей, с нашей точки зрения, реально содер­жатся черты, указывающие с позиций рас­смотренных теорий на его аномальность, то его можно рассматривать как классический тип личности, предрасположенный к возникновению различного рода жиз­ненных проблем и психических рас­стройств, с которым в разное время стал­кивались и работали все вышеуказанные авторы: Э. Фромм, З. Фрейд, А. Адлер, К. Юнг, К. Роджерс и В. Франкл.

Изложенные в этой и предыдущей на­шей статье (Капустин, 2015) результаты позволяют сформулировать теоретиче­ские представления о влиянии аномаль­ности личности родителей на возник­новение детско-родительских проблем в семьях клиентов психологической консультации. Они представлены в виде блок-схемы на рисунке 1.


Рисунок 1. Блок-схема, иллюстрирующая влияние аномальности личности родителей на возникновение детско-родительских проблем в семьях клиентов психологической консультации

На этой блок-схеме показано, что од­ним из важнейших факторов, влияющих на возникновение детско-родительских проблем в семьях клиентов психоло­гической консультации, является аномальность личности родителей, прояв­ляющаяся в используемых ими стилях воспитания своих детей (видах гиперо­пеки или сверхтребовательности). Эти стили воспитания способствуют формированию у детей аномальных типов лич­ности (ориентированных на внешнюю помощь, на соответствие своего пове­дения требованиям других людей или на протест против соответствия своего поведения требованиям других лю­дей). Дети с данными типами личности, сталкиваясь с требованиями со стороны своего ближайшего социального окру­жения (родителей, учителей, других лю­дей), обычно рассчитанные на детей с нормальным уровнем личностного развития и потому не соответствующи­ми их личностным возможностям, начи­нают испытывать проблемы. Поскольку эти проблемы связаны с трудностями приспособления детей к требованиям социального окружения, их можно от­нести к категории проблем социальной адаптации. Возникшие у детей пробле­мы социальной адаптации, в свою оче­редь, начинают беспокоить их родите­лей и они обращаются в консультацию за помощью в решении этих, уже сов­местных, детско-родительских проблем.

После того, как детско-родительские проблемы возникли, они могут разви­ваться, что на этом рисунке отражено в блоке под названием «Развитие дет­ско-родительских проблем». Процесс развития детско-родительских проблем в каждом случае является достаточ­но уникальным, поэтому описать его можно лишь в самом общем виде. Возникновение у детей проблем зачастую приводит к тому, что сами дети или окружающие их люди начинают как- то реагировать на них. Это может при­водить к возникновению новых про­блем или обострению уже имеющихся. В свою очередь, появившиеся новые, иногда более острые проблемы также могут оказать влияние на изменение ре­акций на них детей или окружающих и, как следствие, вызвать появление следующего круга проблем и т.д.

О том, что аномальность личности ро­дителей может рассматриваться в качест­ве важнейшего фактора возникновения детско-родительских проблем, косвенно свидетельствуют также результаты мно­гочисленных исследований, в которых было показано негативное влияние на развитие личности детей и возникнове­ние у них жизненных проблем различ­ного рода других односторонних сти­лей родительского воспитания (Веракса, 2014; Капустин, 2014; Карабанова, 2010; Поскребышева, 2014) желтое не мое Более того, целый ряд клинических пси­хологов и психиатров указывают, что односторонние стили воспитания игра­ют важную роль также в возникновении и развитии у детей различных психиче­ских заболеваний: неврозов (Гарбузов, 1977; Тарнавский, 1990; Захаров, 1998), психопатий (Личко, 1983; Эйдемиллер, 1996), синдрома дефицита внимания/ги­перактивности (Carlson, Jacobvitz, Sroufe, 1995; Campbel, Shaw, Gilliom, 2000).

Выводы

Результаты исследования влияния стилей родительского воспитания, ис­пользуемых в семьях клиентов психо­логической консультации, на развитие личности детей и возникновение у них детско-родительских проблем позволя­ют сделать следующие выводы:

  1. Стиль воспитания «гиперопека» спо­собствует формированию у детей аномального типа личности, ориен­тированного на внешнюю помощь, которому свойственна односторон­ность позиции по отношению к эк­зистенциальной дихотомии помощи и самостоятельности, заключающаяся в преимущественной жизненной ори­ентации на внешнюю помощь, а не на проявление самостоятельности.

  2. Стиль воспитания «сверхтребователь­ность» способствует формированию у детей трех аномальных типов лично­сти:

    1. ориентированного на соответствие своего поведения требованиям дру­гих людей;

    2. ориентированного на протест про­тив соответствия своего поведения требованиям других людей;

    3. смешанного, который представляет собой сочетание первых двух.

    Всем этим типам присуща односто­ронность позиции по отношению, по меньшей мере, к трем экзистенци­альным дихотомиям: природы и куль­туры, самоактуализации и условных ценностей, детерминизма и самоо­пределения. Для личности, ориенти­рованной на соответствие своего поведения требованиям других людей, эта односторонность заключается в чрезмерной жизненной ориентации на соответствие своего поведения со­циальным требованиям других лю­дей в ущерб реализации собственных природных влечений, самоактуализации и самоопределения, а для проти­воположного ей типа личности, ори­ентированного на протест против такого соответствия, - в асоциаль­ном поведении, отрицающем ценно­сти, которыми руководствуются роди­тели и другие взрослые, в стремлении жить так, как он сам считает нужным, в большем согласии со своими при­родными влечениями.

  3. Выявленное сходство нашего описа­ния личности, ориентированной на соответствие своего поведения тре­бованиям других людей, с теорети­ческими представлениями об ано­мальной личности, содержащимися в работах Э. Фромма, З. Фрейда, А. Ад­лера, К. Юнга, К. Роджерса и В. Фран- кла, указывает на то, что личность данного типа можно рассматривать как классический тип личности, предрасположенный к возникновению различного рода жизненных проблем и психических расстройств, с кото­рым в разное время сталкивались в своей психотерапевтической пра­ктике эти авторы.

  4. В целом, результаты исследования по­зволяют сделать вывод о том, что важнейшим психологическим фактором, влияющим на возникновение детско- родительских проблем в семьях кли­ентов психологической консульта­ции, является аномальность личности родителей, которая, проявляясь в ис­пользуемых ими стилях воспитания, способствует формированию у детей аномальных типов личности. Детско- родительские проблемы возникают из-за того, что дети с данными типа­ми личности, сталкиваясь с требова­ниями со стороны своего ближайшего социального окружения, рассчитан­ными на детей с нормальным уровнем личностного развития и потому не соответствующими их личностным возможностям, начинают испытывать трудности в приспособлении к ним. Поскольку проблемы детей связаны с трудностями приспособления к тре­бованиям социального окружения, мы отнесли их к категории проблем со­циальной адаптации.

Литература:

Адлер А. Практика и теория индивидуальной психологии / А. Адлер. - Москва : Прагма, 1993. - 175 с.

Веракса А.Н. Социальный аспект в развитии регуляторных функций в детском возрасте: обзор современных зарубежных исследований / А.Н. Веракса // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. - 2014. - № 4. - С. 91-101.

Гарбузов В.И. Неврозы у детей и их лечение / В.И. Гарбузов, А.И. Захаров, Д.Н. Исаев. - Ленинград : Медицина, 1977. - 272 с.

Захаров А.И. Неврозы у детей и подростков / А.И. Захаров. - Ленинград : Медицина, 1988. - 336 с.

Капустин С.А. Экзистенциальный критерий нормальности и аномальности личности в классических направлениях психологии и психотерапии / С.А. Капустин. - Москва: Когито-Центр, 2013. - 239 с.

Капустин С.А. Стили родительского воспитания в семьях клиентов психологической консультации по детско-родительскими проблемами / С.А. Капустин // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. - 2014. - № 4. - С. 76-90.

Капустин С.А. Использование экзистенциального критерия для оценки личности гиперопекающих и сверхтребовательных родителей в семьях клиентов психологической консультации по детско-родительским проблемам / С.А. Капустин // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. - 2015. - № 2. - (В печати).

Карабанова О.А. Семейное психологическое консультирование - теория, практика, образование / О.А. Карабанова // Национальный психологический журнал. - 2010. - № 1(3). - С. 104-107.

Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков / А.Е. Личко. - Ленинград : Медицина, 1983. - 256.

Поскребышева Н.Н. Возрастно-психологический подход в исследовании личностной автономии подростка / Н.Н. Поскребышева, О.А. Карабанова // Национальный психологический журнал. - 2014. - № 1(13). - С. 74-85.

Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека / К. Роджерс. - Москва : Прогресс : Универс, 1994. - 480 с.

Тарнавский Ю.Б. Срыва можно избежать: неврозы, их лечение и профилактика / Ю.Б. Тарнавский. - Москва : Медицина, 1990. - 144 с.

Франкл В. Человек в поисках смысла / В. Франкл. - Москва : Прогресс, 1990. - 368 с.

Фрейд 3. Введение в психоанализ : лекции / З. Фрейд. - Москва : Наука, 1989. - 456 с.

Фромм Э. Психоанализ и этика / Э. Фромм. - Москва : Республика, 1993. - 415 с.

Эйдемиллер Э.Г. Методы семейной диагностики и психотерапии / Э.Г. Эйдемиллер. - Москва : Фолиум, 1996. - 64 с.

Юнг К.Г. Психология бессознательного / К.Г. Юнг. - Москва : Канон, 1994. - 320 с.

Campbel S.B., Shaw D.S., Gilliom M. Early Externalizing Behavior Problems: Toddlers and Preschoolers at Risk for Later Maladjustment // Development and Psychopathology. - 2000. - Vol. 12. - P. 467-488.

Carlson E.A., Jacobvitz D., Sroufe L.A. A Developmental Investigation of Inattentiveness and Hyperactivity // Child Development. - 1995. - Vol. 66. - P. 37-54.

Rogers C.R. A Theory of Therapy, Personality and Interpersonal Relationships as Developed in the Client-Centered Framework // S. Koch (ed.).

Psychology: a Study of a Science. - New York : McGrow Hill, 1959. - Vol. 3. - P. 184-256.

Для цитирования статьи:

Капустин С.А. Особенности личности детей в семьях клиентов психологической консультации. // Национальный психологический журнал. – 2015. – № 1(17). – С. 79-87.

Kapustin S.A. (2015). Personal features of children in client families who receive psychological advice. National psychological journal. 1 (17), 79-87.

О журнале Редакция Номера Авторы Для авторов Индексирование Контакты
Национальный психологический журнал, 2006 - 2017
CC BY-NC

Все права защищены. Использование графической и текстовой информации разрешается только с письменного согласия руководства МГУ имени М.В. Ломоносова.

Дизайн сайта | Веб-мастер