ISSN 2079-6617 (Print)
ISSN 2309-9828 (Online)
Ru | En
РПО
Факультет психологии МГУ имени М.В. Ломоносова
Главная RSS Поиск
Приглашение к публикации

ГлавнаяВсе статьи журналаНомера

Кутковой Н.А. Удивление как предмет социально-психологического исследования. // Национальный психологический журнал. – 2013. – № 3(11). – С. 47-53.

Автор(ы): Кутковой Николай А.

Аннотация

В статье проводится теоретический анализ эмоции удивления с позиции социальной психологии. Удивление представляет собой эмоцию, возникающую в ответ на неожиданное событие. В статье анализируются компоненты, составляющие удивление, а именно: события, вызывающего удивление, экспрессии удивления, переживания удивления. 

Рассматриваются различные подходы к пониманию события, вызывающего удивление, выделяется, насколько это событие связано с поступающей информацией или с активностью субъектов, а также насколько оно включено в контекст. Описывается паравербальная и лицевая экспрессия удивления, освещено влияние условий, в которых находится удивляющийся человек, на выраженность и репертуар его экспрессии. Приводятся основные подходы к пониманию переживания удивления: описательный, психосемантический, дискурсивный. Несмотря на то, что удивление причисляют в основном к базовым эмоциям, исследования выявили, что оно играет значительную роль в социальном познании ситуаций, противоречащих ожиданиям. Представлены модели, объясняющие роль удивления в этом процессе. Во-первых, это атрибутивная модель удивления Б. Вайнера и коллег, которые считают, что удивление является проявлением атрибуции удачи. Во-вторых, это процессуальная модель удивления В. Мейера и его коллег. Согласно ей, удивление входит в более широкий контекст социального познания, являясь общей эмоциональной реакцией на неожиданное событие и включая различные процессы анализа этого события. Однако данные модели анализируют удивление изолированного субъекта, без учета его окружения и особенностей общения. В заключении обозначается возможность исследования удивления как механизма усвоения и модификации социальной информации, сохраняющейся в прототипах, скриптах и схемах.

Страницы: 47-53

Поступила: 20.11.2013

Принята к публикации: 29.11.2013

DOI Number: 10.11621/npj.2013.0306

Разделы журнала: Психология коммуникации

Ключевые слова: удивление; компоненты эмоции; экспрессия; атрибутивная модель удивления; переживание; процессуальная модель удивления

PDF: /pdf/npj_no11_2013/npj_no11_2013_47-53.pdf

Доступно в on-line версии с 30.09.2013

В настоящее время изучение эмо­ций представляет собой сложив­шееся относительно недавно, но достаточно мощное, самостоятельное направление исследований, находяще­еся на стыке социальной психологии и общей психологии эмоций. Рост ин­тереса к изучению эмоций обусловлен рядом факторов, прежде всего, невоз­можностью объяснения особенностей социального поведения с помощью чи­сто когнитивных моделей (Прихидько, 2009; Parkinson et al., 2005; Parrott, 2001; и др.). Кроме того, эмоции оказываются в фокусе внимания исследователей, т.к. в социальной психологии на первый план выступает изучение процессов социальных изменений, а эмоции игра­ют немаловажную роль в развитии этих изменений. Однако исследователи при изучении эмоций сталкивается с рядом проблем, прежде всего, теоретических, которые связаны с неоднозначностью трактовки термина «эмоция» (Barrett, 2006; Dixon, 2012; Izard, 2010; Mulligan, Scherer, 2012; Russell, 2003; Scarantino, 2012).

Эмоции определяются как много­компонентное явление. Несмотря на то, что компонентный состав эмоций бо­лее-менее определен, исследователи по- разному понимают то, каким образом эти компоненты собираются в единую эмоцию. В настоящее время феномен эмоций осмысляется на описательном уровне, а попытки объяснить суть этих явлений только начинают появляться. Следовательно, основной вопрос современной психологии эмоций - это во­прос о предмете исследования, о еди­нице исследования эмоциональных явлений (Кутковой, Стефаненко, 2014).

В упоминавшихся выше работах вы­сказано несколько различных вариантов решения этого вопроса, наиболее раз­работанной для теоретического анализа нам представляется концепция К. Изар- да (Izard, 2010). Он предлагает в качестве предмета исследования эмоций анализи­ровать единичные эмоции, т.е. те явления, которые категоризуются субъектом как одна и та же эмоция, например, удивле­ние. Многие эмпирические исследования придерживаются такой логики: при опи­сании эмоции исследователи обобщают свои результаты и переносят их на дру­гие случаи проявления этой же эмоции. Таким образом, использование подхода К. Изарда для анализа эмпирических исследований позволяет провести их систематизацию с точки зрения той эмоции, которую они изучают, и ее компонентов.

Предметом настоящей статьи явля­ется эмоция удивления и ее роль в со­циально-психологических процессах познания и общения. Различными иссле­дователями были сделаны предположе­ния о том, что удивление играет значи­тельную роль в социальном поведении человека (Meier et al., 1997; Reisenzein et al., 2006; Wilkinson, Kitzinger, 2006; и др.). Однако данные исследования носят ско­рее точечный характер.

Цель данной статьи - обобщение и анализ исследований удивления в рам­ках психологии социального познания и общения.

Прежде всего, необходимо разо­браться, что представляет собой удив­ление с точки зрения его исследователей. Многие авторы относят удивление к базовым эмоциям (Изард, 2006; Экман, 2010; Plutchik, 1991; Tomkins, 2008) и определяют его как эмоцию, возникаю­щую в ответ на внезапное событие. Удив­ление отличают от других эмоций по следующим признакам:

  1. Удивление кратковременно и, следо­вательно, плохо осознается, его труд­но описать.

  2. Удивление не имеет собственной по­зитивной и негативной окраски, ее ему придают другие эмоции, следую­щие за удивлением в каждой конкрет­ной ситуации.

  3. Удивление, само по себе, связано с прерыванием предшествующей ему активности и не обладает мотивирую­щим действием.

Рассмотрим подробнее компоненты, которые входят в понятие удивления.

Традиционно при анализе эмоции рассматривается ряд следующих компо­нентов (Harre, 2009; Scherer, 2005):

  • Направленность эмоции - то, из-за чего происходит и куда направлена эмоция. Данный компонент выявляет­ся с помощью понятия события, вызы­вающего удивление;

  • Экспрессивный компонент эмоции, выраженный в лицевой и вокальной экспрессии;

  • Переживание эмоции, т.е. изменение субъективного состояния, вызванно­го эмоцией.

Существует еще ряд компонентов, которые не рассматриваются нами из- за их недостаточной разработанности в рамках изучения удивления. Обсудим исследования отмеченных компонен­тов удивления. В соответствии с целью нашей работы мы освещаем эти иссле­дования не обзорно, но фокусируясь на социально-психологических особенно­стях этих компонентов.

Посмотрим на удивление с точки зрения события, которое его вызывает. Удивление обычно описывается как эмо­ция, возникающая в ответ на неожидан­ное событие. Что представляет собой неожиданное событие - это отдельный вопрос: какие события являются нео­жиданными, какие критерии неожидан­ности необходимо выделить для того, чтобы говорить о возникновении удивления и пр. Можно выделить несколько дихотомий, которые образуют подхо­ды к раскрытию события, вызывающего удивление:

  1. Объектно- или субъектно-ориентированность подхода. В рамках объ­ектно-ориентированного подхода, развивающегося, прежде всего, в ин­форматике и, отчасти, в когнитив­ной психологии, удивление считается свойством информации (Baldi, 2002; Fisk, Pidgeon, 1998). Следова­тельно, оно является особым эф­фектом информационной системы, который может быть вычислен веро­ятностно - удивление возникает в от­вет на маловероятное событие. Механизмы этого процесса описывают другие подходы, описываемые ниже. Субъектно-ориентированный подход рассматривает активность субъекта как событие, вызывающее удивление. При этом, во-первых, отмечается активность удивляющего, например, совершение определенного действия. Во-вторых, описывается активность удивляемого, насколько это действие неожиданно для него. В-третьих, ана­лизируется взаимодействие этих субъектов, например, коммуникативные средства, используемые этими субъ­ектами (Gasparini, 2004; Wilkinson, Kitzinger, 2006).

  2. Точечность или включенность нео­жиданного события в более широкий контекст. Исследователи, понимаю­щие вызывающее удивление событие как точечное, описывают его, прежде всего, как маловероятное. При этом, степень удивления ставится в соответствие вероятности этого события - объективной или, чаще, субъективной (Fisk, Pidgeon, 1998). При включении в исследование контекста ситуации большинство исследователей (Meier et al., 1997; Schutzwohl, 1998; Teigen, Keren, 2003) подразумевают сравне­ние субъективной вероятности про­изошедшего события с ожиданиями субъекта, т.е. в анализе возникает когнитивная схема, несоответствие ко­торой вызывает удивление. Наконец, в контекст можно включить такие ха­рактеристики, как интенции участни­ков (Wilkinson, Kitzinger, 2006), нормы взаимодействия (Tobin, 2009), семан­тику ситуации (Bartsch, Estes, 1997).

Таким образом, с точки зрения соци­альной психологии удивление может рассматриваться как рассогласование нормативного и/или семантического пространства взаимодействия. Аналогич­но, с отсылкой на нормативную рамку социальными психологами рассматри­ваются и другие эмоции, возникновение которых нельзя привязать к точечно­му стимулу (Fischer et al., 2003; Friedlund, 1991). Например, удивление от событий 11 сентября 2001 г. рассматривается как совершенно непохожее на удивление от выигрыша в лотерее, хотя и то, и другое называется удивлением и т.д.

Следующим наиболее исследованным компонентом удивления является эк­спрессивный компонент. Традиционно этот компонент рассматривает отдель­но лицевую и вокальную экспрессию. Существуют и другие виды экспрессии, однако для удивления они не исследо­ваны. Вокальная экспрессия подразделя­ется на паравербальную - исследование интонаций при удивлении (Selting, 1996) и вербальную. Вербальная экспрессия удивления в русскоязычной литературе исследована лингвистами, которые соста­вили список слов и выражений, обозначающих в языке удивление (Дорофеева, 2002). Наибольший интерес представля­ет лицевая экспрессия, с которой связа­но самое мощное направление исследо­вания эмоций - эволюционная теория эмоций. Мимическое выражение удив­ления описано множеством исследова­телей (Дарвин, 2001; Изард, 2006; Экман, 2010; Ekman, Friesen, 2003; Tomkins, 2008). Оно характеризуется широко открыты­ми глазами и ртом, а также поднятыми бровями, в различных сочетаниях этих трех признаков. В последнее время, од­нако, соответствие конкретной экспрес­сии определенной эмоции ставится под вопрос - это относится и к случаю удив­ления (Reizensein et al., 2006; Reizensein, Studtmann, 2007; Schutzwohl, Reizensein, 2012). В частности, исследователи отмечали, что мимически удивление прояв­ляется в различных условиях в целом не более чем в 50% случаев, при этом пра­ктически всегда в неполной экспрессии. Таким образом, наблюдается рассогласо­вание между эмоцией и ее экспрессией и условия, при которых частота экспрес­сии повышается или понижается, пока не обнаружены.

Этими условиями могут оказаться раз­личные процессы общения: необхо­димость передачи удивления другому, организация с помощью удивления вза­имодействия, возможность непосредст­венного восприятия удивления другим. В частности, такие условия были най­дены для эмоции радости и ее экспрес­сии - улыбки: например, болельщики при победе своей команды практически не улыбаются, радость выражается толь­ко в ситуации коммуникации (Friedlund, 1991; Ruiz-Belda et al., 2003). Все это ука­зывает на достаточно сложную и дале­ко не однозначную связь между эмоцией и экспрессией, которую принято припи­сывать этой эмоции, и на важную роль того социального контекста, в котором фиксируется эмоция. Это соотносится и с данными, полученными в рамках тео­рии социального обмена (Rime, 2009), сви­детельствующими, что около 80-95% пере­живаемых эмоций становятся предметами диалогов между людьми во всех культурах. В различных исследованиях показано, что в ситуации общения эмоции играют важ­ную роль, которую нельзя понять только с точки зрения изолированного индиви­да, изолированной эмоции. Это касается, например, процесса понимания, процес­сов интерпретации эмоций, выраженных в экспрессии (Лабунская, 1999).

Рассмотрим компонент пережива­ния удивления. Следует отметить, что переживание в контексте данной ста­тьи понимается как представленность в сознании субъекта определенной эмо­ции (Scherer, 2005) без включения дея­тельностного компонента в это понятие. В различных исследованиях удивления (как и в исследованиях других эмоци­ональных переживаний) переживание понимается по-разному, основанием для разделения подходов является методология проводимого исследования:

  1. Переживание удивления как самоот­чет испытуемого (Reizensein, 2000). По сути, это лишь индикативный по­казатель, позволяющий исследовате­лю фиксировать удивление в дополнение к другому признаку, например, экспрессии. Данный самоотчет может включать некоторые шкалы, например, интенсивности или окрашенно­сти переживания.

  2. Переживание удивления как систе­ма значений (Goddard, 1997). Данный подход - психосемантический рас­сматривает удивление в рамках опре­деленных значений, представленных в конкретной языковой культуре, на­пример, в рамках теории семантических универсалий А. Вержбицкой (Wierzbicka, 1999).

  3. Переживание удивления как экспрес­сия, высказывание (Wilkinson, Kitzinger, 2006). Данный подход, весьма специфичный, относится к исследованиям социальных ситуаций удивления, когда удивленный человек сообщает о своем удивлении другому, и по этому сообще­нию делаются выводы о характере удив­ления, т.е. переживание понимается как лингвистическая конструкция. Пережи­вание в этом случае рассматривается в конкретном коммуникативном кон­тексте и отражает этот контекст.

Таким образом, мы рассмотрели ос­новные компоненты удивления и по­казали, что они могут быть проанализированы с точки зрения социальной психологии. Отсюда можно сделать вы­вод, что удивление, хотя и относимое многими исследователями к базовым, преимущественно биологически детер­минированным эмоциям, можно обсу­ждать и в контексте процессов общения и социального познания.

Наибольшее количество исследова­ний удивления было проведено в рам­ках психологии социального познания. Первым поставил вопрос о роли эмо­ций в процессах социального познания, конкретно в атрибутивных процессах Б. Вайнер (Weiner et al., 1979). По Вай­неру, атрибуция случайного стечения обстоятельств как в случае успеха, так и в случае неудачи будет вызывать удивление. Б. Вайнером была предложена модель взаимосвязи когниций и эмоций в атрибутивном процессе (ibid.), кото­рая была уточнена для случая удивления (Stiensmeier-Pelster et al., 1995) (рис. 1).


Рис. 1. Атрибутивная модель возникновения удивления Б. Вайнера

Эта модель обладает несколькими важными для нас особенностями:

  1. Удивление (как и другие эмоции) явля­ется частным следствием атрибуции, а именно, атрибуции удачи, что было показано эмпирически (Weiner et al., 1979). То есть, удивление в этом случае скорее является отсроченной оценкой события, чем реакцией на него;

  2. Атрибуция является процессом, опо­средующим появление удивления в результате нарушенных ожиданий;

  3. Нарушение ожиданий может при­водить не только к удивлению, но и к другим эмоциям, в зависимости от той причины, которая вызвала со­бытие, вызвавшее нарушение. Таким образом, нарушение ожиданий явля­ется важным механизмом, запускаю­щим поиск причин события, а только потом, через атрибуцию, триггером эмоций.

Однако в рамках такого рассмотре­ния удивление (и другие эмоции) ста­новится эпифеноменом атрибуции, важным только как проявление опре­деленного типа приписывания и не ве­дет к каким-либо действиям. Кроме того, данная модель противоречит другим те­ориям удивления ((Изард, 2006; Экман, 2010), которые утверждают, что удивле­ние - это эмоция, которая мало поддает­ся контролю и которая быстро возника­ет и относительно коротка по времени.

Модель Б. Вайнера была переработа­на В. Мейером и его коллегами по отно­шению к случаю удивления - это про­цессуальная модель удивления (Gendolla, Koller, 2001; Meier et al., 1997; Stiensmeier- Pelster et al., 1995) (рис. 2).


Рис. 2. Процессуальная модель удивления В. Мейера и его коллег (по Meier et al., 1997).

Данная модель обладает несколькими особенностями:

  1. Нарушение ожиданий в ней пред­ставлено классической когнитивной структурой сверки произошедше­го события с имеющейся у субъекта схемой ситуации (Schutzwohl, 1998). Согласно процессуальной модели, сверка со схемой происходит автома­тически и при любом событии;

  2. Удивление непосредственно является результатом оценки события, как противоречащего схеме. Таким образом, в отличие от предыдущей модели, удивление является автоматической реакцией на любые неожиданные события без посредства атрибутив­ных процессов. Данный тезис прове­рялся в эмпирических исследовани­ях (Stiensmeier-Pelster, 1995), которые показали, что удивление является результатом неожиданного события, а не атрибуции определенного типа;

  3. Удивление запускает процессы атрибу­ции в целом. Также запускаются другие процессы, в частности, проверка того, насколько действия субъекта соответ­ствуют ситуации (Meier et al., 1997);

  4. Удивление и последующие когнитив­ные процессы запускают модифика­цию схемы ситуации и полученная информация используется в дальней­ших сверках происходящих событий и схемы. В целом, можно заметить, что модель является конкретизацией удивления классической схемы когнитивной психологии - перцептивного цикла У. Найссера (Найссер, 1981).

Данная модель решает многие вопро­сы, возникающие к схеме Б. Вайнера, но, в свою очередь ставит новые. Во-первых, не до конца понятно, что представляет собой схема, поскольку это понятие, как отмечает, в частности, У. Найссер, очень многозначно (Найссер, 1981, С. 72-73). Непонятно, какие знания несет схема, ка­ким образом она структурирует ситуа­цию, хотя и ясно, что она соотносит то, что происходит, с тем, что ожидается. Во- вторых, удивление в рамках этой моде­ли видится как когнитивная реакция, как оценка неожиданности некоторого со­бытия. В-третьих, на удивление в данной модели может оказывать влияние группа факторов, которые не прописаны отдель­но и практически не исследуются.

Такими факторами можно считать особенности общения и взаимодейст­вия. В рамках обозначенных моделей анализируется поведение единично­го субъекта, что оставляет за скобками целый пласт ситуаций, связанных с познанием социальных ситуаций. В то же время, разными исследовате­лями показана специфичность удивле­ния в этих ситуациях. Например, в нескольких исследованиях (Bartsch, Estes, 1997; Wilkinson, Kitzinger, 2006) авторы показали, как удивление конструирует­ся и разворачивается в различных кон­текстах ежедневных разговоров, рас­смотрели, как строятся такие ситуации, какие языковые практики поддержива­ют удивление, выявили, что удивление позволяет воспроизводить и понимать нормативную сферу ситуации взаи­модействия. В другом исследовании (Reissland et al., 2002) продемонстриро­вана важная роль удивления и его выра­жения в регуляции совместной деятель­ности матери и ребенка.

Однако данные исследования носят единичный характер и требуют дальней­шей разработки, поскольку удивление может оказаться важным механизмом социального познания, запускающим анализ происходящих событий. Напри­мер, неожиданные события в рамках скриптов заставляют людей анализиро­вать эти события, которые запоминают­ся даже лучше, чем сами скрипты (Андреева, 2005, С. 130). Удивление, таким образом, может рассматриваться как механизм изменения социальной ин­формации, хранящейся в прототипах, схемах и скриптах. Возможными на­правлениями исследования может быть исследование путей анализа неожидан­ных событий и роли удивления в них. Например, каким образом, с помощью прототипов удивления, эти пути анализа структурируются в системе социальных знаний человека. Отдельной проблемой является вопрос о роли общения и сов­местной деятельности в этих процессах: как осуществляется совместное позна­ние некоторого неожиданного события, какую роль при этом играет удивление, каким образом посредством удивления строится коммуникация и т.д. Исследование этих вопросов позволит выявить ту роль, которую играют базовые эмо­ции (через удивление) в социальных процессах.

Литература:

Андреева Г.М. Психология социального познания / Г.М. Андреева. - Москва : Аспект Пресс, 2005.

Дарвин Ч. О выражении эмоций у человека и животных / Ч. Дарвин. - Санкт-Петербург : Питер, 2001.

Дорофеева Н.В. Удивление как эмоциональный концепт : автореферат дис.... кандидата филологических наук. - Краснодар, 2002.

Изард К. Психология эмоций / К. Изард. - Санкт-Петербург : Питер, 2006.

Кутковой Н.А. Понятие эмоций в социальной психологии XXI века: основные подходы / Н.А. Кутковой, Т.Г. Стефаненко // Психологические исследования. - 2014. - Т. 7. - № 33. - С. 7. - [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://psystudy.ru - (дата обращения : 20.03.2014)

Лабунская В.А. Экспрессия человека: общение и межличностное познание / В.А. Лабунская. - Ростов-на-Дону : Феникс, 1999.

Найссер У. Познание и реальность / У. Нейссер. - Москва : Прогресс, 1981.

Прихидько А.И. Проблема эмоций в зарубежной социальной психологии / А.И. Прихидько // Вопросы психологии. - 2009. - № 1. - С. 141-152.

Экман П. Психология эмоций. Я знаю, что ты чувствуешь / П. Экман. — Санкт-Петербург : Питер, 2010.

Baldi P. A computational theory of surprise // Blaum M., Farrell P.O., van Tilborg H.C.A. (Eds.) Information, coding, and mathematics. - Boston: Kluwer Academic Publishers, 2002. - P. 1-26.

Barrett L.F. Are emotions natural kinds? // Perspectives on Psychological Science. - 2006. - Vol. 1(1). - P. 28-58.

Bartsch K., Estes D. Children’s and adults’ everyday talk about surprise // British Journal of Developmental Psychology. - 1997. - Vol. 15(4). - P. 461-475.

Dixon T. “Emotion”: The history of a keyword in crisis // Emotion Review. - 2012. - Vol. 4(4). - P. 338-344.

Ekman P., Friesen W.V. Unmasking the face. - Cambridge, MA: Malor, 2003.

Fischer A.H., Manstead A.S.R., Zaalberg R. Social influences on the emotion process // European Review of Social Psychology. - 2003. - Vol. 14(1). - P. 171-201.

Fisk J.E., Pidgeon N. Conditional probabilities, potential surprise, and the conjunction fallacy // The Quarterly Journal of Experimental Psychology Section A: Human Experimental Psychology. - 1998. - Vol. 53(3). - P. 655-681.

Friedlund A.J. Sociality of solitary smiling: Potentiation by an implicit audience // Journal of Personality and Social Psychology. - 1991. - Vol. 60(2). - P. 229-240.

Gasparini G. Anticipation and the surprises of everyday life // Social Science Information. - 2004. - Vol. 43(3). - P. 339-348.

Gendolla G., Koller M. Surprise and motivation of causal search: How are they affected by outcome valence and importance? // Motivation and Emotion. 2001. - Vol. 25(4). - P. 327-349.

Goddard C. Contrastive semantics and cultural psychology: 'Surprise’ in Malay and English // Culture and Psychology. - 1997. - Vol. 3(2). - P. 153-181.

Harre R. Emotions as cognitive-affective-somatic hybrids // Emotion Review. - 2009. - Vol. 1(4). - P. 294-301.

Izard C.E. The many meanings/aspects of emotion: Definitions, functions, activation, and regulation // Emotion Review. - 2010. - Vol. 2(4). - P. 363-370.

Meier W-U., Reisenzein R., Schutzwohl A. Toward a process analysis of emotions: The case of surprise // Motivation and Emotion. - 1997. - Vol. 21(3). - P. 251-274.

Mulligan K., Scherer K.R. Toward a Working definition of emotion // Emotion Review. - 2012. - Vol. 4(4). - P. 345-357.

Parkinson B., Fischer A.H., Manstead A.S.R. Emotion in social relations. - New-York: Psychology Press, 2005.

Parrott W.G. (Ed.) Emotions in social psychology. Essential readings. - Philadelphia: Psychology Press, 2001.

Plutchik R. The emotions: Facts, theories, and a new model. - Lanham, MD: University Press of America, 1991.

Reisenzein R. The subjective experience of surprise // Bless H., Forgas J. P. (Eds.) The message within: The role of subjective experience in social cognition and behavior. - Philadelphia: Psychology Press, 2000. - P. 262-279.

Reisenzein R., Bordgen S., Holtbernd T., Matz D. Evidence for strong dissociation between emotion and facial displays: The case of surprise // Journal of Personality and Social Psychology. - 2006. - Vol. 91(2). - P. 295-315.

Reisenzein R., Studtmann M. On the expression and experience of surprise: No evidence for facial feedback, but evidence for a reverse self-inference effect // Emotion. - 2007. - Vol. 7(3). - P. 612-627.

Reissland N., Shepherd J., Cowie L. The melody of surprise: Maternal surprise vocalizations during play with her infant // Infant and Child Development. 2002. - Vol. 11(3). - P. 271-278.

Rime B. Emotion elicits the social sharing of emotion: Theory and empirical review // Emotion Review. - 2009. - Vol. 1(1). - P. 60-85.

Ruiz-Belda M.A., Fernandez-Dols J.M., Carrera P., Barchard K. Spontaneous facial expressions of happy bowlers and soccer fans // Cognition and Emotion. - 2003. - Vol. 17(2). - P. 315-326.

Russell J.A. Core affect and the psychological construction of emotion // Psychological Review. - 2003. - Vol. 110(1). - P. 145-172.

Scarantino A. How to define emotions scientifically // Emotion Review. - 2012. - Vol. 4(4). - P. 358-368.

Scherer K.R. What are emotions? And how can they be measured? // Social Science Information. - 2005. - Vol. 44(4). - P. 695-729.

Schutzwohl A. Surprise and schema strength // Journal of Experimental Psychology: Learning, Memory, and Cognition. - 1998. - Vol. 24(5). - P. 1182­1199.

Schutzwohl A., Reisenzein R. Facial expressions in response to a highly surprising event exceeding the field of vision: A test of Darwin’s theory of surprise // Evolution and Human Behavior. - 2012. - Vol. 33(6). - P. 657-664.

Selting M. Prosody as an activity-type distinctive cue in conversation: The case of so-called 'astonished’ questions in repair initiation // Couper-Kuhlen E., Selting M. (Eds.) Prosody in conversation: interactional studies. - Cambridge: Cambridge University Press, 1996. - P. 231-270.

Stiensmeier-Pelster J., Martini A., Reisenzein R. The role of surprise in the attribution process // Cognition and Emotion. - 1995. - Vol. 9(1). - P. 5-31.

Teigen K.H., Keren G. Surprises: low probabilities or high contrasts? // Cognition. - 2003. - Vol.87(2). - P. 55-71.

Tobin V. Cognitive bias and the poetics of surprise // Language and Literature. - 2009. - Vol. 18(2). - P. 155-172.

Tomkins S.S. Affect Imagery Consciousness: The Complete Edition (Vol. 1). - New-York: Springer, 2008.

Weiner B., Russell D., Lerman D. The cognition-emotion process in achievement-related contexts // Journal of Personality and Social Psychology. - 1979. - Vol. 37(7). - P. 1211-1220.

Wierzbicka A. Emotions across languages and cultures: Diversity and universals. - Cambridge: Cambridge University Press, 1999.

Wilkinson S., Kitzinger C. Surprise as an interactional achievement: Reaction tokens in conversation // Social Psychology Quarterly. - 2006. - Vol. 69(2). P. 150-182.

Для цитирования статьи:

Кутковой Н.А. Удивление как предмет социально-психологического исследования. // Национальный психологический журнал. – 2013. – № 3(11). – С. 47-53.

Kutkovoy N.A. (2013). Surprise as a subject of research in social psychology. National psychological journal. 3 (11), 47-53.

О журнале Редакция Номера Авторы Для авторов Индексирование Контакты
Национальный психологический журнал, 2006 - 2020
CC BY-NC

Все права защищены. Использование графической и текстовой информации разрешается только с письменного согласия руководства МГУ имени М.В. Ломоносова.

Дизайн сайта | Веб-мастер