ISSN 2079-6617 (Print)
ISSN 2309-9828 (Online)
Ru | En
РПО
Факультет психологии МГУ имени М.В. Ломоносова
Главная RSS Поиск
Приглашение к публикации

ГлавнаяВсе статьи журналаНомера

Величковский Б.Б. Психологические факторы возникновения чувства присутствия в виртуальных средах. // Национальный психологический журнал - 2014. - №3(15) - с.31-38.

Автор(ы): Величковский Б. Б.;

Аннотация

Технологии виртуальной реальности находят сегодня применение в различных областях науки, в частности, в психологии. Успешная работа с системами виртуальной реальности требует возникновения у пользователя чувства «присутствия» в виртуальной среде – субъективного переживания реальности своего нахождения в искусственно созданной среде и взаимодействия с ней. Отсутствие этого чувства или его недостаточная выраженность приводят к тому, что возможности взаимодействия с виртуальной средой не используются полностью. Как психологический феномен, чувство присутствия обусловлено, наряду с технологическими факторами, целым рядом психологических факторов. Проведенный в статье анализ литературы показывает, что к этим факторам относятся различные демографические, когнитивные, личностные и мотивационные переменные. В частности, показывается, что чувство присутствия зависит от различий в когнитивных способностях и от личностных особенностей, хотя в последнем случае получены противоречивые результаты. В статье обсуждается возможная особая роль процессов когнитивного контроля – метакогнитивных процессов, ответственных за адаптацию когнитивной сферы к контексту решения актуальной задачи, в возникновении чувства присутствия. Обсуждаются проблемы использования знаний о психологических факторах возникновения чувства присутствия при разработке виртуальных сред, обеспечивающих эффективное взаимодействие с пользователем. Рассматривается использование психологических факторов возникновения чувства присутствия в качестве критериев отбора пользователей для работы с виртуальными средами. Целенаправленное изучение разных классов психологических факторов возникновения чувства присутствия приведет не только к прогрессу в построении общепсихологической теории чувства присутствия, но и позволит находить эффективные решения фундаментальных и прикладных задач с использованием технологий виртуальной реальности.

Страницы: 31-38
Поступила: 18.11.2014
Принята к публикации: 24.11.2014
DOI: 10.11621/npj.2014.0304

Разделы журнала: Психология виртуальной реальности;

Ключевые слова: виртуальная реальность; чувство присутствия; внимание; рабочая память; личность; когнитивный контроль;

PDF: /pdf/npj-no15-2014/npj_no15_2014_31-38.pdf

Технологии виртуальной реаль­ности находят сегодня примененне в различных областях науки, в частности, в психологии (Войскунский, Меньшикова, 2008). Работа с си­стемами виртуальной реальности может сопровождаться возникновением чув­ства присутствия (sense of presence или presence) - субъективного переживания реальности своего нахождения в искус­ственно созданной среде и взаимодей­ствия с ней. Человек ощущает, что он «переносится» в созданную с помощью компьютерных технологий среду, хотя, в то же время, осознает, что физически он находится в реальности. Возникно­вение чувства присутствия желательно, так как его наличие может приводить к более эффективной работе с виртуаль­ными средами, хотя такая зависимость обнаруживается не всегда (Авербух, Щербинин, 2011). Опыт использования систем виртуальной реальности пока­зывает, что выраженность чувства при­сутствия у разных людей в виртуальных средах различается (Sacau et al., 2008). Несмотря на интенсивные исследова­ния, сегодня отсутствует полное пони­мание того, какие факторы определя­ют возникновение чувства присутствия. Так как переживание чувства присутст­вия является психологическим феноме­ном, очевидно, что эти факторы долж­ны быть не только технологической, но и психологической природы.

Разные определения чувства присут­ствия делают акцент на разных аспек­тах этого субъективного переживания. Чувство присутствия может определять­ся как субъективное переживание человеком себя, как находящегося в од­ном месте при физическом нахождении в другом месте (Witmer& Singer, 1998). Чувство присутствия также определяет­ся как субъективное чувство нахожде­ния в сцене, представленной с помощью некоторой технологии предъявления (Barfieldetal., 1995). Оно может определяться как субъективное чувство на­хождения в среде и реакция на события среды как на события реальности (Slater, 2009). Чувство присутствия может также характеризоваться через наличие «пер­цептивной иллюзия неопосредованности» (Lessiteretal., 2001). Такая иллюзия возникает, если человек, взаимодейст­вующий с технологиями, обеспечиваю­щими предъявление виртуальной среды, не осознает существования этих технологий, воспринимая виртуальную среду как бы «сквозь технологию». Общим для всех этих определений является то, что человек, испытывающий чувство при­сутствия, предполагается переживаю­щим виртуальную среду, происходящие с ним там события и свое нахождение в ней как нечто реальное, а не создан­ное с помощью вспомогательных техни­ческих средств.

Понятие присутствия отличают от понятия погружения (immersion). По­гружение имеет отношение к техноло­гии создания виртуальной среды и свя­зано с тем, в какой степени пользователь «окружен» искусственным сенсорным потоком и изолирован от сенсорного потока, исходящего от реальной среды. Погружение определяется тем, в какой мере объективные характеристики сре­ды погружения позволяют предъявить пользователю поток сенсорной стиму­ляции, сопоставимый с естественным (Slater& Wilbur, 1997). Присутствие име­ет отношение не к технологии, а к субъективному переживанию виртуального сенсорного потока как реального. Вы­сокая степень погружения может быть не связана с высокой выраженностью чувства присутствия, так, среды с низ­ким уровнем погружения (например, те­левидение) могут вызывать выраженное чувство присутствия. На этом примере становится ясно, что на возникновение чувства присутствия могут оказывать влияние самые разные факторы.

Lessiteretal. разделили факторы, вли­яющие на возникновение чувства при­сутствия, на два класса: характеристики среды и характеристики пользователя (Lessiteretal, 2001). Характеристики сре­ды относятся к технологии, используе­мой для предъявления виртуальной сре­ды пользователю. Характеристики среды могут быть разделены на характеристики формы среды (mediaform) и характери­стики содержания среды (mediacontent). Характеристики формы - это физиче­ские свойства технологий предъявления, в то время как характеристики содержа­ния - это свойства сценариев, которые реализуются виртуальной средой. Чув­ство присутствия возникает как результат взаимодействия характеристик среды и характеристик пользователя.

Исследования технологических де­терминант чувства присутствия пока­зывают, что на него влияют разные ха­рактеристики среды. Из характеристик формы к ним относятся, среди про­чих: величина поля зрения, разреше­ние изображения, частота обновления изображения, реалистичность изобра­жения, использование стереоизобра­жения, отслеживание движений головы и тела, использование пространствен­ной звуковой стимуляции, высокая ско­рость отклика системы, возможность «перемещения» пользователя в вирту­альной среде. Шеридан предложил от­носить технологические детерминанты присутствия к одному из трех классов: количество и качество сенсорной ин­формации, контроль пользователя за сенсорным потоком, возможность манипуляции элементами виртуальной среды (Sheridan, 1992). В целом, чем бо­лее реалистичным является предъявле­ние объектов в виртуальной среде, тем больше вероятность возникновения чув­ства присутствия у пользователя.

Характеристики содержания отража­ют особенности сценария, отображаемо­го с помощью технологии предъявления. Важнейшей высокоуровневой характе­ристикой содержания виртуальной сре­ды является то, в какой мере при ее со­здании удалось добиться возникновения связанной, осмысленной и правдопо­добной (хотя и не обязательно «реали­стичной») стимуляции. Другая ее важная характеристика, способствующая воз­никновению чувства присутствия - это возможность осуществлять в ней реали­стичные взаимодействия с виртуальными объектами. Еще одним особенным аспек­том содержания виртуальной среды явля­ется наличие в ней социальных агентов, допускающих возможность социальных взаимодействий и социальную оценку действий пользователя. Наличие соци­ального аспекта в виртуальной среде яв­ляется мощным фактором увеличения выраженности чувства присутствия, пе­реживаемого пользователем. В целом, создание связанного, увлекательного вир­туального сценария позволяет вызвать интерес пользователя и привлечь его внимания к взаимодействию с виртуаль­ной средой. На этой основе можно ожи­дать «автоматического» возникновения чувства присутствия.

Характеристики пользователя - это индивидуальные особенности пользо­вателей, которые влияют на возникно­вение чувства присутствия, причем это влияние может быть значительно более выраженным, чем влияние характери­стик среды. Сегодня изучение роли ха­рактеристик пользователя в возникно­вении чувства присутствия привлекает внимание исследователей в значитель­ной больше степени, чем ранее (Sacauetal., 2008). Тем не менее, влияние характеристик пользователя на возникновение чувства присутствия остается еще недо­статочно изученным. Ниже будет дан об­зор основных работ, связывающих пси­хологические факторы и выраженность чувства присутствия.

Часто предполагается, что различия в интенсивности чувства присутствия могут быть обусловлены действием перцептивно-моторных факторов (Sacauetal., 2008). В частности, говорится о возможности того, что возникновение чув­ства присутствия может быть связано с высокой эффективностью сенсо-моторной координации и высокой мотор­ной ловкостью. Особую роль в возникно­вении чувства присутствия могут играть пространственные способности, кото­рые влияют на чувство присутствия опосредовано, через построение пространст­венной ментальной модели виртуальной среды. Предполагается, например, что пространственные способности влияют на эффективность пространственного научения в виртуальных средах, скорость навигации в них, а также на эффектив­ность построения когнитивных карт виртуального окружения. Эмпирические свидетельства существования таких за­висимостей, однако, отсутствуют (Sacauetal., 2008).

Различия в интенсивности чувства присутствия оказываются связанными с различиями в когнитивных способ­ностях. Исследования показывают связь между возникновением чувства присут­ствия и креативным воображением (Sas& О’Наге, 2003). Возникновение чувства присутствия и его интенсивность может также определяться преимущественно зрительным способом обработки ин­формации, а также предпочтительным использованием эгоцентрической пер­спективы (Slater& Usoh, 1993). Важным фактором, определяющим чувство при­сутствия, является способность к кон­струированию ментальных моделей от­ношений между объектами внешней или виртуальной реальности (Thomsonetal., 2009). Связь с присутствием пред­полагается для способности к рассужде­ниям, так как эта способность должна обеспечивать лучшее понимание вир­туальных сценариев (Sacauetal., 2008). Также обнаруживается связь выраженности чувства присутствия с когнитив­ными стилем поленезависимости - поленезависимые люди испытывают более выраженное чувство присутствия (Hecht& Rainer, 2007).

Важную роль в возникновении чувст­ва присутствия играют процессы внима­ния. Чем больше внимание пользователя сконцентрировано на виртуальной среде и чем меньше - на реальном окружении, тем с большей вероятностью пользова­тель будет испытывать чувство присутст­вия. Присутствие может определяться как доля внимания, уделяемого виртуальной среде (Draperetal., 1998). При этом объ­ективными показателями присутствия могут являться особенности сознательной обработки пользователем сигналов, возникающих в реальной среде - при концентрации внимания на виртуаль­ной среде они будут чаще пропускаться и не вызывать ответа испытуемого. Кон­центрация внимания на виртуальной среде может быть обусловлена, с одной стороны, автоматическим привлечени­ем внимания в связи с действием значи­мых для человека виртуальных стимулов, с другой стороны, пользователь может концентрировать внимание на вирту­альной среде произвольно. Концентра­ция внимания на виртуальной среде как детерминанта чувства присутствия до­полняется альтернативным процессом - игнорированием (автоматическим и, особенно, произвольным) дистракторов - элементов реального окружения. Игнорирование может быть направле­но на подавление как внешних дистракторов, так и внутренних - репрезен­таций, иррелевантных по отношению к взаимодействию с виртуальной средой. В частности, процессы произвольного подавления могут эффективно противодействовать представлениям о «нереаль­ности» виртуальной среды.

Различия в переживании чувства при­сутствия также связаны с личностными особенностями. Так, в ряде исследова­ний показана связь между интенсивно­стью чувства присутствия и психологической абсорбцией (Banosetal., 1999; Sas, 2004). Психологическая абсорбция может быть определена как склонность «погружаться» в ежедневные дела таким образом, что они полностью захваты­вают внимание человека и определя­ют его мышление и поведение. В этом случае говорят также о «пассивном ког­нитивном вовлечении» в деятельность (Thomsonetal., 2009). Возникновение чувства присутствия может быть связано и с феноменами диссоциации - переживанием человеком «разрывов» в вос­приятии реальности (Murrayetal., 2007). Чувство присутствия сопряжено также с эмпатией - способностью сопережи­вать эмоциям других людей (Sas, 2004). Другим «социальным» личностным свойством, сцепленным с присутстви­ем, является черта «дружелюбность» пя­тифакторной теории личности - лица, стремящиеся к достижению социальной гармонии с окружающими, с боль­шей вероятностью испытывают чувст­во присутствия (Sacauetal., 2005). Более выраженное чувство присутствия также испытывают люди с внутренним локусом контроля (Murrayetal., 2007) и люди с повышенной готовностью отказывать­ся от недоверия (Slater& Usoh, 1993).

Противоречивые данные имеются от­носительно влияния экстраверсии/интроверсии на переживание чувства при­сутствия. С одной стороны, имеющиеся результаты говорят о том, что экстравер­ты более интенсивно переживают чувст­во присутствия (Laarnietal., 2004). Это же исследование свидетельствует о том, что более выраженное переживание чув­ства присутствия также может быть свя­зано с другим конструктом, родствен­ными экстраверсии - импульсивностью. С другой стороны, более выраженное переживание чувства присутствия часто оказывается сцепленным с интроверсией (Sasetal., 2004; Jurnetetal., 2005). Так как экстраверсия и интроверсия яв­ляются противоположными полюсами одного личностного измерения, подоб­ные результаты свидетельствуют о том, что чувство присутствия обусловлено сложными причинно-следственными отношениями между уровнями психи­ческой организации и что оно не мо­жет быть сведено к проявлениям одно­го или нескольких личностных качеств. Скорее всего, противоречивые резуль­таты о роли экстраверсии/интроверсии в определении чувства присутствия яв­ляются свидетельствами действия меха­низмов, не относящихся непосредствен­но к уровню личности.

Выраженность чувства присутствия может определяться не только личност­ными, но и мотивационными факторами. Показано, что люди, имеющие интере­сы в тематической области, представлен­ной в виртуальной среде, испытывают в ней более выраженное чувство при­сутствия (Sacauetal., 2005). На выражен­ность могут влиять и другие индивиду­альные особенности, такие как возраст, хотя в этом случае получены противоре­чивые результаты. С одной стороны, обнаружена положительная связь возраста с интенсивностью чувства присутствия (VanShaiketal., 2004). С другой стороны, дети и подростки переживают более выраженное чувство присутствия, чем взрослые (Bangay& Preston, 1998). Слож­ность интерпретации обнаруживаемых корреляций возраста с чувством присут­ствия заключается в том, что они могут быть вызваны действием другого фак­тора - опыта использования компьюте­ра. Предполагается, что большой опыт использования компьютера способству­ет возникновению чувства присутствия в силу того, что компьютеризованная среда предъявления представляется ис­пытуемым более знакомой (Jurnetetal., 2005). В этом случае у испытуемых в ходе предшествующего опыта использования виртуальных сред (даже очень простых) должны вырабатываться определенные ожидания, способствующие «настройке» сенсо-моторных и когнитивных процес­сов на особенности виртуальной стиму­ляции.

Как показывает проведенный обзор литературы, психологические детерми­нанты чувства присутствия достаточ­но разнообразны, причем их влияние на выраженность чувства присутствия может быть противоречивым. В связи с этим представляется необходимым про­должать поиск общепсихологических механизмов, определяющих возникно­вение этого чувства. Изучение индивидуальных особенностей реализации этих механизмов, а также вызванных ситуативными различиями изменений в их работе могут помочь ответить на вопрос: как и почему изменяется выра­женность чувства присутствия. В частно­сти, специфика возникновения и дина­мика состояния присутствия могут быть обусловлены особенностями механиз­мов когнитивного контроля.

Когнитивный контроль - это система процессов, управляющих работой ког­нитивных модулей и систем, специали­зирующихся на выполнении отдельных задач, таким образом, чтобы человек достигал стоящих перед ним целей в усло­виях изменяющегося окружения (Loristetal., 2005; Величковский, 2009). Роль про­цессов когнитивного контроля в воз­никновении чувства присутствия может быть неоднозначной. С одной стороны, эти процессы могут обеспечивать созна­тельно инициированную, произвольную концентрацию внимания на виртуаль­ной среде, необходимую для возникно­вения чувства присутствия. Процессы когнитивного контроля могут также использоваться для подавления внешних и внутренних дистракторов, отвлека­ющих внимание пользователя от вза­имодействия с виртуальной средой и снижающих выраженность чувст­ва присутствия. Функция когнитивного контроля может состоять и в обеспече­нии гибкого переключения между вирту­альным и реальным контекстом работы. Такое переключение заключается в изме­нении настроек сенсорных и моторных процессов и правил их сочетания друг с другом таким образом, чтобы они соответствовали объективно действующим в окружающей человека среде закономерностям. Значит, система процессов когнитивного контроля может играть важную положительную роль в достиже­нии высокой выраженности чувства при­сутствия путем настройки когнитивных процессов на корректную обработку вир­туальной стимуляции, а также посредст­вом исключения из сознания образов восприятия и воображения, не связанных с работой в виртуальной среде.

С другой стороны, система когни­тивного контроля может распознавать существующие несоответствия меж­ду виртуальной и реальной средой как форму конфликта. Поэтому высокий уровень сознательного контроля мо­жет препятствовать возникновению иллюзии «реальности» виртуальной среды и, следовательно, будет препятствовать возникновению чувства присутствия. Существование в составе системы ког­нитивного контроля подсистемы обна­ружения конфликтов и ошибок проявля­ется, например, в феномене замедления после ошибки (post-errorslowing) - снижении времени реакции в нескольких пробах, непосредственно следующих за пробой, в которой испытуемый совер­шил ошибку (Rabbitt& Rodgers, 1977). Функцией этой подсистемы является нахождение расхождений между ожидае­мым и наблюдаемым значением неко­торой переменной и активация системы управления когнитивными процессами для изменения параметров их работы. Возможным анатомическим субстратом этой системы является передняя поя­сная кора (Botvinicketal., 2001). Осоз­нание нереальности виртуальной сре­ды в ходе работы с виртуальной средой должно приводить к активации этой си­стемы. Например, она может регистрировать сенсорный конфликт - расхо­ждение между виртуальной и реальной сенсорной стимуляцией. Исследования показывают наличие связи между актив­ностью передней поясной коры и ин­тенсивностью чувства присутствия (Sethetal., 2012). Наблюдаемая у детей повышенная вероятность возникновения чувства присутствия по сравнению со взрослыми также может быть объясне­на меньшей развитостью системы ког­нитивного контроля в детском возрасте (Janckeetal., 2009).

Таким образом, развитый когни­тивный контроль может оказывать как положительное, так и отрицательное влияние на возникновение чувства при­сутствия. Положительный эффект когнитивного контроля будет проявляться, например, в феноменах сознательной фокусировки внимания на взаимодей­ствии с виртуальной средой. Он будет также отражаться в существовании по­ложительной связи между чувством присутствия и интроверсией - интровер­ты в большей степени, чем экстраверты, способны преодолевать имеющуюся сенсорную стимуляцию и стереотипные реакции, что позволяет им лучше скон­центрироваться на индуцированных виртуальной средой образах восприя­тия, даже если они противоречат опыту взаимодействия с реальным окружени­ем. Эффективный когнитивный контр­оль может являться и причиной свя­зи «социальных» личностных качеств - дружелюбия и эмпатии с чувством присутствия. Дружелюбие, как стрем­ление к социальной гармонии, требует способности находить компромиссы, а значит, способности подавлять тенден­цию действовать исключительно в соб­ственных интересах. Такое подавление обеспечивается функциями когнитив­ного контроля, гарантирующими про­извольное торможение сильно активи­рованных схем действий в пользу схем, более адекватных актуальному контек­сту. Эмпатия подразумевает способность рассматривать ситуацию из перспекти­вы «другого». Такая способность к про­извольной смене перспективы, лежащая в основе «индивидуальной теории пси­хики», требует развитого когнитивного контроля, в частности, развитых функций произвольного торможения пер­цептивных схем.

Еще одним фактором, влияющим на интенсивность чувства присутствия в виртуальных средах, могут являться индивидуальные особенности рабочей памяти (Rawlinsonetal., 2012). Рабочая (оперативная) память - это система крат­ковременного хранения необходимой для решения актуальной задачи инфор­мации и манипулирования ею. Две при­чины обуславливают возможность суще­ствования зависимости между чувством присутствия и объемом рабочей памяти. Во-первых, рабочая память использует­ся для построения ментальных моделей (Johnson-Laird, 1983). Ментальные моде­ли, в свою очередь, служат основой для интерпретации ситуации, процессов по­нимания и рассуждений. В контексте вза­имодействия с виртуальной средой, рабочая память будет использоваться для построения интегрированной, внутрен­не непротиворечивой ментальной моде­ли виртуальной среды. На основе такой модели пользователь будет воспринимать виртуальные события как согласую­щиеся с ожидаемыми, даже если они противоречат его знаниям о реальном мире. Во-вторых, многочисленные исследова­ния показывают связь индивидуальных характеристик рабочей памяти (объе­ма) с показателями произвольного вни­мания и контроля интерференции (Капе etal., 2007). Выше было показано, что эти когнитивные функции сами по себе оказывают большое влияние на чувство присутствия. Таким образом, связь меж­ду показателями рабочей памяти и чувством присутствия может быть обуслов­лена связью последнего с процессами произвольного внимания.

Влияние психологических факто­ров на чувство присутствия должно учи­тываться при разработке виртуальных сред. В частности, следует стремиться к тому, чтобы количество «внешних» дистракторов - событий реального окру­жения, отвлекающих пользователя от виртуального окружения - было сведе­но к минимуму. Такими дистракторами могут быть шумы, локализованные во внешней среде, а также вид оборудова­ния, используемого для предъявления виртуальной стимуляции. Создаваемые виртуальные сценарии должны быть непротиворечивыми и допускать неза­трудненное создание целостной мен­тальной модели, снижая, таким образом, нагрузку на рабочую память пользовате­ля. Содержание виртуальных сценариев должно быть привлекающим внимание («фактор формы») и интересным («фак­тор содержания»), чтобы обеспечить устойчивую концентрацию внимания пользователя на взаимодействии с вир­туальной средой. Достижение выражен­ного чувства присутствия может иметь место и в том случае, когда создаваемый виртуальный сценарий будет предусма­тривать достаточно продолжительный период «врабатывания», в течение которого пользователь будет знакомить­ся с особенностями функционирования виртуальной среды. Как показывают так называемые исследования «переключе­ния задач» (Rubinsteinetal., 2001), это обусловлено тем, что реализация про­цессов когнитивного контроля, связан­ных с настройкой процессов внимания, принятия решений и моторного контр­оля на выполнение новой задачи путем смены текущей сознательной установки, осуществляется не мгновенно, а требует достаточно продолжительного времени.

На этапе отбора пользователей для работы с виртуальными средами боль­шую роль может сыграть диагности­ка индивидуально-личностных особен­ностей. Целенаправленный отбор лиц, психологические особенности кото­рых способствуют возникновению чув­ства присутствия, может повысить эф­фективность применения виртуальных сред. В частности, перспективным направлением такого отбора является ди­агностика особенностей когнитивно­го контроля. Предметом диагностики могут быть различные его аспекты: эф­фективность процессов избирательного внимания и подавления дистракторов, гибкость смены когнитивных устано­вок, объем рабочей памяти, активность системы распознавания ошибок и кон­фликтов. С этой целью могут использо­ваться многочисленные тесты, широко применяемые в рамках фундаментальных и прикладных исследований когни­тивного контроля (Величковский, 2009). Другим перспективным направлением отбора пользователей виртуальных сред является диагностика личностных особенностей, влияющих на выраженность чувства присутствия. Приведенные выше литературные данные показывают, что имеется целый ряд таких характеристик личности. Дальнейшие работы в этом направлении должны быть ориентиро­ваны на систематическое увеличение объема статистической информации о зависимости выраженности чувства присутствия от этих личностных черт.

Итак, переживание чувства присут­ствия является важным аспектом вза­имодействия человека-пользователя с виртуальной средой. Достаточно вы­раженное чувство присутствия обеспе­чивает субъективный комфорт пользо­вателя при работе с виртуальной средой и может быть связано с повышением эффективности такой работы. Чувст­во присутствия является сложным фе­номеном, возникающим под влиянием многочисленных факторов. Возникно­вение чувства присутствия обычно связывают с техническими возможностями систем предъявления виртуальных сред, однако представляется бесспорным, что оно также обусловлено психологиче­скими факторами. Эти факторы край­не разнообразны и могут относиться как к базовым процессам контроля внимания, так и к сложнейшим мотивационно-личностным процессам. Особую роль в возникновении чувства присутст­вия могут играть процессы когнитивно­го контроля - метакогнитивные процес­сы, функцией которых является гибкая настройка когнитивной сферы челове­ка на решение стоящих перед ним задач с учетом актуального окружения. Целе­направленное изучение разных клас­сов психологических факторов возник­новения чувства присутствия приведет не только к прогрессу в построении общепсихологической теории чувства присутствия, но и позволит найти новые решения прикладных задач, связанных проектированием виртуальных сред и отбором пользователей для эффектив­ного взаимодействия с ними.

Литература:

Авербух Н.В. Феномен присутствия и его влияние на эффективность решения интеллектуальных задач в средах виртуальной реальности / Н.В. Авербух, А.А. Щербинин // Психология. Журнал Высшей Школы экономики. - 2011. - № 4. - С. 102-119.

Б.Б. Величковский, Возможности когнитивной тренировки как средства коррекции возрастных изменений когнитивного контроля / Величковский Б.Б., Румянцев М. А., Морозов М. А. Новый подход к проблеме «прикосновения Мид аса»: идентификация зрительных команд на основе выделения фокальных фиксаций // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. - № 3. - 2013. - С. 33-46.

Б.Б. Величковский // Экспериментальная психология. - 2009. - Т. 2. - № 4. - С. 67-91.

Войскунский А. О применении систем виртуальной реальности в психологии / А. Войскунский, Г. Меньшиков // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. - 2008. - № 1. - С. 22-36.

Войскунский А.Е. Социальная перцепция в социальных сетях // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. - 2014. - № 2. - С. 90-105.

Bangay S., Preston L. An investigation into factors influencing immersion in interactive virtual environments / Riva G., Wiederhold B., Molinari E. (Eds.) // Virtual environments in clinical psychology and neuroscience. - Amsterdam: IOS Press, 1998.

Banos R., Botella C., Garcia-Palacios A., Villa H., Perpina С., Gallardo M. Psychological variables and reality judgments in virtual environments: The role of absorption and dissociation // Cyberpsychology and Behavior. - 1999. - V. 2. - P. 135-142.

Barfield W., Zeltzer D., Sheridan T.B., Slater M. Presence and performance within virtual environments / W. Barfield, T.A. Furness (Eds.) // Virtual environments and advanced interface design. - Oxford: Oxford University Press, 1995. - P. 473-541.

Botvinick M.M., Braver T.S., Barch D.M., Carter C.S., Cohen J.D. Conflict monitoring and cognitive control // Psychological Review. - 2001. - V. 108. - P. 624-652.

Draper J., Kaber D., Usher J. Telepresence // Human Factors. - 1998. - V. 40. - P. 354-375.

Hecht D., Reiner M. Field dependency and the sense of object-presence in haptic virtual environments // Cyberpsychology and Behavior. - 2007. - V. 10. -P. 243-251.

Jancke L., Cheetham М., Baumgartner T. Virtual reality and the role of the prefrontal cortex in adults and children // Frontiers in Neuroscience. - 2009. - V. 3. - P. 52-59.

Johnson-Laird P. Mental models: towards a cognitive science of language, inference and consciousness. - Cambridge, UK: Cambridge University Press, 1983.

Jurnet I. A., Beciu C.C., Maldonado J.G. Individual differences in the sense of presence / M. Slater (Ed.) // Proceedings of the 8th International workshop on presence. - London: University College, 2005. - P. 133-142.

Kane M. et al. For whom the mind wanders, and when: An experience-sampling study of working memory and executive control in daily life // Psychological Science. - 2007. - V. 18. - P. 614-621.

Laarni J., RavajaN., Saari Т., Hartmann T. Personality-related differences in subjective presence / M. Alcaniz, B. Ray (Eds.) // Proceedings of the seventh annual international workshop Presence 2004. - Valencia: UPV, 2004. - P. 88-95.

Lessiter J., Freeman J., Keogh E., Davidoff J. A cross-media presence questionnaire: The ITC-Sense of Presence Inventory // Presence: Teleoperators and Virtual Environments. - 2001. - V. 10. - P. 282-297.

Lorist M.M., Boksem М., Ridderinkhof К. Impaired cognitive control and reduced cingulate activity during mental fatigue // Cognitive Brain Research. - 2005. - V. 24. - P. 199-205.

Murray C., Fox J., Pettifer S. Absorption, dissociation, locus of control and presence in virtual reality. Computers in Human Behavior. - 2007. - V. 23. - P. 1347-1354.

Rabbitt P., Rodgers B. What does a man do after he makes an error? An analysis of response programming // Quarterly Journal of Experimental Psychology. - 1977. - V. 29. - P. 727-743.

Rawlinson T.G., Lu Sh., Coleman P. Individual Differences in Working Memory Capacity and Presence in Virtual Environments // Advances in Brain Inspired Cognitive Systems. Lecture Notes in Computer Science. - 2012. - V. 7366. - P. 22-30.

Rubinstein J., Meyer D., Evans J. Executive control of cognitive processes in task switching // Journal of Experimental Psychology: Human Perception and Performance. - 2001. - V. 27. - P. 763-797.

Sacau A., Laarni J., Hartmann T. Influence of individual factors on presence // Computers in Human Behavior. - 2008. - V. 24. - P. 2255-2273.

Sacau A., Laarni J., Ravaja N., Hartmann T. The impact of personality factors on the experience of spatial presence / M. Slater (Ed.) // Proceedings of the 8th International workshop on presence. - London: University College, 2005. - P. 143-151.

Sas C. Individual differences in virtual environments // Computational science - ICCS 2004, fourth international conference, proceedings, Part III. Lecture Notes in Computer Science. - 2004. - V. 3038. - P. 1017-1024.

Sas C., O’Hare G. Presence equation: An investigation into cognitive factors underlying presence // Presence: Teleoperators and Virtual Environments. - 2003. - V. 12. - P. 523-537.

Sas C., O’Hare G., Reilly R. Presence and task performance: An approach in the light of cognitive style // Cognition, Technology, and Work. - 2004. - V.6. - P. 53-56.

Seth A., Suzuki K., Critchley H. An interoceptive predictive coding model of conscious presence // Frontiers in psychology. - 2011. - V. 2:395.

Shaik van P., Turnbull Т., Wersch A., Drummond S. Presence within a mixed-reality environment // Cyberpsychology and Behavior. - 2004. - V. 7. - P. 540-552.

Sheridan T.B. Musings on telepresence and virtual presence // Presence: Teleoperators and Virtual Environments. - 1992. - V. 1. - P. 120-125.

Slater M. Place illusion and plausibility can lead to realistic behavior in immersive virtual environments // Philosophical Transactions of the Royal Society of London. - 2009. - V. 364. - P. 3549-3557.

Slater М., Usoh M. Presence in immersive virtual environments // IEEE Virtual Reality Annual International Symposium (VRAIS), September 18-22, Seattle, Washington. - 1993. - P. 90-96.

Slater М., Wilbur S. A framework for immersive virtual environments (FIVE): Speculations on the role of presence in virtual environments // Presence: Teleoperators and Virtual Environments. - 1997. - V. 6. - P. 603-616.

Thomson C., Goldiez B., Huy L. Predicting presence: Constructing the tendency toward presence inventory // International Journal of Human-Computer Studies. - 2009. - V. 67. - P. 62-78.

Witmer B., Singer M. Measuring presence in virtual environments: A presence questionnaire // Presence. - 1998. - V. 7. - P. 225-240.

Для цитирования статьи:

Величковский Б.Б. Психологические факторы возникновения чувства присутствия в виртуальных средах. // Национальный психологический журнал - 2014. - №3(15) - с.31-38.

Velichkovsky B.B. (2014). Psychological factors of the emerging sense of presence in virtual environments. National Psychological Journal, 3(15), 31-38

О журнале Редакция Номера Авторы Для авторов Индексирование Контакты
Национальный психологический журнал, 2006 - 2017
CC BY-NC

Все права защищены. Использование графической и текстовой информации разрешается только с письменного согласия руководства МГУ имени М.В. Ломоносова.

Дизайн сайта | Веб-мастер